Как силовик-общественник крышует уральский бизнес

Около года назад в структуре Свердловского областного союза промышленников и предпринимателей (СОСПП) была создана новая комиссия — по безопасности предпринимательской деятельности. Ее возглавил легендарный свердловский силовик, генерал-полковник полиции Николай Овчинников. В свое время он руководил Управлением внутренних дел Екатеринбурга, а позже сделал карьеру на федеральном уровне, в том числе политическую. 

Появление Овчинникова в свердловском «клубе олигархов и директоров», как часто называют СОСПП, не осталось без внимания. Тем более предполагалось, что комиссия, которую возглавил генерал, станет площадкой диалога между бизнесом и силовиками. Начался ли такой диалог и как на практике эффективно отстаивать свои интересы перед «органами», Николай Овчинников рассказал в интервью Znak.com. 

— Николай Александрович, предлагаю начать с рассказа о том, что за комиссию вы возглавили и что вы сами видите в числе важных результатов за прошедший год? 

— Союз работает над улучшением делового климата в регионе. И одна из форм этой работы с нашей стороны — это участие в реформе контрольно-надзорной деятельности. Для нас важно выстроить дееспособную систему, которая позволила бы отстаивать интересы бизнеса в решении спорных вопросов с надзорными органами. Нередко возникают надуманные административные препоны, отдельные чиновники неверно толкуют законы и подзаконные акты, и это становится препятствием в реализации членами Союза их бизнес-проектов. Даже если эти проекты начаты совместно с государством, имеют социальную и общественно-политическую направленность.

Таким образом, созданием комиссии СОСПП ответил на насущную потребность крупного регионального бизнеса в конструктивном диалоге и эффективном взаимодействии с органами власти и управления. Прошлой осенью комиссия была образована и в конце ноября провела организационное совещание.

Главное, что нам удалось за прошедшее с этого момента время, — акцентировать внимание региональных ведомственных структур (будь то полиция, налоговая инспекция, прокуратура и прочие органы) на ряде системных проблем правоприменительной практики на местах. Это касается как плановых, так и неплановых проверок предприятий крупного бизнеса. И в рамках этой общей задачи мы смогли решить несколько точечных. Все они требовали не допустить перебоев и убытков в текущей финансово-хозяйственной деятельности предприятий — членов Союза ввиду неоднозначности правового регулирования и недопонимания бизнес-процессов со стороны должностных лиц органов-регуляторов. 

— К вам могут обращаться только члены СОСПП? Были ли обращения из-за пределов Свердловской области? 

— Вообще, для начала я бы масштабировал как уровень, так и цели обращений. Что касается уровня. Речь идет о флагманах, авангарде регионального бизнеса, который представлен во всех ключевых секторах уральской экономики. А с учетом ее значения в масштабах страны — российской экономики тоже. Это Уральская горнометаллургическая компания, Русская медная компания, Трубная металлургическая компания и группа «Синара», кредитно-финансовые структуры, такие как Уральский банк Сбербанка России, Уральский банк реконструкции и развития, другие организации, которые справедливо отнесены к пулу системообразующих — «МРСК Урала», «Т-Плюс» как теплоэнергетический дивизион группы «Ренова».

Относительно второго — целей обращений. Важно понимать, что у нас тут не общественная приемная. И тем более не арбитражный суд, куда могут жаловаться представители бизнеса всех уровней, сталкиваясь в том числе с притеснениями со стороны властей или ее конкретных представителей. Мы ни в коем случае не подменяем компетентные органы, в чьи функции входит непосредственная защита интересов предпринимателей, фиксация и пресечение фактов коррупционных проявлений

Наша, если так можно выразиться, «юрисдикция» — это выявление и решение проблем в практике правового регулирования работы предприятий. Конечной целью решения этих вопросов мы видим гармонизацию подходов. То есть достижение единого с государственными структурами понимания тех требований, которые предъявляются к обеспечению безопасности бизнеса и его активов. 

Это действительно масштабная задача. А поскольку обычное дело для нашего среднеуральского бизнеса — выход за пределы «домашней» локализации и работа в межрегиональном статусе, то и география интересов комиссии, конечно же, выходит за пределы Свердловской области. В этих случаях мы опираемся на поддержку Российского союза промышленников и предпринимателей, в составе которого работает СОСПП.  

— А как именно вы защищаете права обратившихся? Какими правовыми или, быть может, не только правовыми инструментами вы располагаете? 

— Здесь важно подчеркнуть: мы — общественное объединение, если хотите, клуб профессионалов, состоявшихся в сфере защиты бизнеса. И мы не имеем ничего общего с адвокатской деятельностью, не оказываем юридических услуг. Я отлично понимаю эту разницу, поскольку возглавляю еще и научно-консультативный совет федеральной консалтинговой фирмы Alliance Legal CG — одной из ведущих юридических компаний, которая занимается уголовно-правовой защитой бизнеса. Это и есть работа с локальными правовыми конфликтами, с применением того инструментария, которым располагают и который рутинно оттачивают юристы и адвокаты.

А главный инструмент комиссии — это открытый диалог. Обычно он проходит в формате круглых столов, за который садятся представители бизнес-структур и органов-регуляторов. Садятся с общей целью — получить максимально всесторонний, объемный взгляд на проблемную ситуацию. И это позволяет в итоге исключить перегибы в правоприменительной и контролирующей практике, когда изначально на первом месте могло быть достижение формальных, бытовым языком говоря, «палочных» показателей. Или, что гораздо опаснее, целенаправленное давление, подогретое коррупционной составляющей. В этом смысле комиссия, не сочтите за пафос, решает государственные задачи. Ведь все это в конечном счете не только о качестве делового климата, но и о доверии общества и наиболее активной, предприимчивой его части к силовым и контрольно-надзорным органам.

Поэтому, возвращаясь к вашему вопросу о «неправовом инструменте», отвечу на него так: это имеющийся у нас доступ к оперативному и, что особенно ценно, к открытому, прямому диалогу. Важно, что этот диалог проходит вне рамок проводимых проверок, позволяет приходить к единому толкованию всеми сторонами сути нормативных актов и бизнес-процессов, которые подпадают под это регулирование. При этом, подчеркиваю еще раз, мы не скатываемся к разрешению отдельно взятого локального конфликта в ручном режиме, а занимаемся системной, в некотором смысле профилактической работой. Что лично я и мои коллеги считаем гораздо более эффективным. 

— Николай Александрович, вы упомянули о работе в научно-консультативном совете Alliance Legal CG, поэтому предложение — сосредоточиться на теме правовой защиты крупного бизнеса. Данные уполномоченного по защите прав предпринимателей в Свердловской области говорят, что больше всего жалоб к нему поступают на незаконные уголовные преследования. Исходя из вашего опыта в этой сфере, что все-таки эффективнее в подобных ситуациях: обращаться за профессиональной юридической помощью или все же привлекать правозащитные общественные объединения? 

— Не думаю, что это уместное противопоставление, по крайней мере в нашем случае. Комиссия, как я уже пояснил, — это общественное объединение, в хорошем смысле слова «лоббирующее» законные интересы предприятий — членов СОСПП в вопросах безопасности их бизнеса. Она решает вопросы системного характера, прежде всего в сфере правового регулирования контрольно-надзорной деятельности в отдельно взятом субъекте Российской Федерации.

Alliance Legal Consulting Group — это федеральная юридическая фирма с офисами в Москве и Екатеринбурге, которая предлагает своим клиентам широкий спектр консультационных услуг — и в области разрешения споров, и в связи с реализацией инвестиционных проектов, и по части уголовно-правовой защиты. То есть практика уголовного права — это лишь одно из направлений их деятельности, когда адвокаты и юристы фирмы берутся за защиту клиентов, в отношении которых идет уголовное судопроизводство. Безусловно, это эффективное средство прекратить необоснованное уголовное преследование или его предотвратить еще на стадии доследственной проверки. Для этого юридическая фирма владеет и пользуется обширным инструментарием, начиная от частного сыска и адвокатских расследований до внесудебных и судебных экспертиз, проводимых на профессиональной основе. 

Конечно, для решения конкретной правовой проблемы, будь то налоговая проверка, предметный судебный спор или необоснованное уголовное преследование, профессиональная юридическая помощь необходима в первую очередь. В то время как задача общественных организаций, на мой взгляд, — поиск и устранение системных ошибок, реагирование на фундаментальные нарушения прав и законных интересов делового сообщества. Но коль скоро речь о моем опыте, то он свидетельствует: в определенных ситуациях соединение ресурсов, компетенций и возможностей позволяет прийти к максимальному эффекту.

— О каких системных проблемах все-таки идет речь? Незаконное уголовное преследование, атака на бизнес волной различных проверок, что еще?

— С моей точки зрения, на первом плане здесь избыточность контроля. Повторюсь, с ней сталкиваются даже «гранды» экономики. Как, например, одно из крупнейших предприятий (замечу, не только Екатеринбурга, но и страны) с важной и сложной специализацией в сфере гособоронзаказа. Но предприятие выпускает специальную высокотехнологичную технику для многих отраслей. И ежегодно подвергается более 2000 проверкам контрольно-надзорных органов, зачастую дублирующих друг друга. 

Или вот другая ситуация. Крупная компания, которая реализует проекты по строительству объектов общественного и социального назначения. Это значимые объекты, в том числе федерального уровня. И в течение года только на одном из своих объектов компания приняла 1200 проверок. Как говорится, а работать когда? Самое интересное, что выводы этих проверок часто противоречили друг другу… 

Никто не говорит о послаблении государственного надзора или, тем более, его полном сворачивании. Речь о выстраивании адекватного и действительно эффективного контроля, который призван упредить непреднамеренные нарушения, помочь бизнесу не допустить какие-то ошибки, уберечь экономику и общество от их последствий. Но ни в коем случае не блокировать деятельность предприятий убийственной чередой проверок просто «для галочки».  

— Назовете примеры, когда комиссии удалось облегчить участь бизнеса? 

— Назову, и снова подчеркну, что в этом движение от частного к общему. То есть не решение частных проблем, связанных с притеснением конкретного субъекта предпринимательской деятельности, а выход на устранение надуманных административных барьеров. 

Итак, пример. Крупное предприятие столкнулось с необходимостью обеспечивать охрану стратегических объектов в периметре производственных площадей. Нормативно это подразумевает, что должны быть задействованы подразделения Росгвардии. На практике это зачастую толкуется как взятие всего комплекса объектов под государственную охрану. А значит — приводит к колоссальному росту затрат предприятия, ведь стоимость государственной охраны значительно выше стоимости услуг частных охранных структур. В итоге это влияет на себестоимость выпускаемой продукции. 

Комиссия решила вопрос об организации комплексной охраны. Внешний, общий периметр предприятия теперь охраняется силами компании-владельца или ее частным охранным предприятием. А отдельные объекты стратегического назначения внутри этого периметра — Росгвардией. Такое выполнение нормативных требований, говоря по-простому, предприятию обходится гораздо дешевле. Убежден, что этот опыт можно мультиплицировать на другие похожие ситуации.

Пять мифов, из-за которых бизнес не пользуется услугами юристов. И очень рискует
Или куда более значимый и сложный вопрос, связанный с обеспечением бизнесом безопасности критической информационной инфраструктуры (КИИ). По этому вопросу потребовался своего рода «ликбез» для представителей бизнеса — с рассказом о его роли и ответственности в формировании глобальной системы сбора и обмена информацией о компьютерных атаках. В этой сфере государством установлены довольно жесткие правила — и специальным федеральным законом (от 26.07.2017 № 187-ФЗ), и подзаконными актами. Причем это касается практически всего спектра отраслей: от здравоохранения, транспорта и связи до финансов, науки и промышленности. Но для многих предприятий эффективное исполнение этого закона — большая проблема, прежде всего ресурсная. Ведь за год-два многим операторам КИИ нужно перейти на отечественное программное обеспечение (ПО), это огромные затраты. 

По этому вопросу, как говорится, «стороны обменялись мнениями». Но закон выдвигает безусловные требования и предусматривает в том числе уголовную ответственность за его неисполнение. Очевидно, конкретику правоприменения придется разбирать уже на практике. Надеюсь, по-прежнему путем постоянного диалога и обмена информацией, мнениями и практическим опытом.  

— Как именно предприниматель может стать участником такого диалога или, если в общем смысле, получить внимание и помощь комиссии? 

— Нужно стать членом некоммерческого партнерства «Свердловский областной союз промышленников и предпринимателей», в котором на сегодня, кстати сказать, более 450 предприятий. И не просто стать участником партнерства, но и занять, так сказать, активную жизненную позицию.  

Но я снова обращу внимание, что для быстрого и эффективного решения некоторых вопросов необходимо сочетание различных инструментов. Особенно если ситуация острая, не терпит отлагательств, можно сказать, вопрос жизни и смерти. В России активно формируется рынок специализированных юридических услуг. В различных отраслях права есть свои ведущие игроки, информация о которых доступна в профессиональных рейтингах и СМИ. И, исходя из моего личного опыта, для решения отдельных правовых задач предпринимателям следует в первую очередь обращаться за профессиональной помощью в надежные юридические фирмы, где работают лучшие в своих отраслях команды.