Продажа 19,5% акций «Роснефти» в режиме секретной спецоперации

Наблюдателей опять-таки смущает снижение цены продажи 19,5% акций российской нефтекомпании по сравнению с суммой, указанной в директиве правительства в ноябре нынешнего года – вместо планируемых 692 млрд «Роснефтегаз» обязан перечислить в бюджет 662,8 млрд. Сегодня премьер-министр России Дмитрий Медведев объяснил разницу сокращением рыночных котировок.

«Мы не можем продиктовать цену на конкретный день. Поэтому, когда мы принимали первое постановление правительства, были одни параметры рынка, когда мы принимали уже второе постановление, рынок уже немножко изменился, - заявил глава правительства. - Это крупнейшая сделка в нефтегазовом секторе 2016 года. Это колоссальные деньги, поэтому мы приняли новое распоряжение, в котором была оценка по состоянию на 6 декабря». По словам премьер-министра, разница будет компенсирована бюджету за счет дивидендов «Роснефтегаза», объем которых был намеренно увеличен.

Напомним, консорциум инвесторов в составе суверенного фонда Катара (Qatar Investment Authority, QIA) и швейцарского трейдера и производителя сырья Glencore 7 декабря подписал соглашение о покупке 19,5% акций «Роснефти» у госхолдинга «Роснефтегаз». Покупатель должен был заплатить 692 млрд рублей (10,2 млрд евро). Сумма сделки рассчитана исходя из цены закрытия торгов 6 декабря - 352,65 рубля за 1 акцию «Роснефти» - и ранее согласованного правительством 5%-ного дисконта. Таким образом, цена за 1 акцию в рамках сделки составила бы 335,02 рубля.

Дмитрий Медведев объяснил, преимущество Glencore и QIA было в том, что они были готовы обеспечить быстрое перечисление средств. Хотя в ходе подготовки к продаже обсуждались возможности продажи японцам, европейским, корейским структурам и некоторым другим ближневосточным фондам. Выбор был за самой «Роснефтью». «До этой сделки, государству принадлежало 69,5% уставного капитала «Роснефти», - напомнил «Веку» аналитик IFC Markets Дмитрий Лукашов. - Так как реализуется часть данного пакета, то и все средства, скорее всего, будут направлены в государственный бюджет. «Роснефть» же получит новых акционеров. Кроме того, я не исключаю, что государство может предоставить свои гарантии по ее кредитам в случае такой необходимости.

Я полагаю, что приватизация части госпакета имеет практический смысл. Полученный доход поможет сократить бюджетный дефицит. За 11 месяцев 2016 года он составил примерно 1,8 трлн. руб. или 2,4% ВВП. От продажи госпакета «Роснефти» можно будет получить порядка 670 млрд. руб. или треть нужной суммы. Это серьезная финансовая помощь. Оставшаяся часть, вероятно, будет получена за счет выпуска государственных облигаций. Я не думаю, что имеет смысл беспокоиться о финансовом состоянии Glencore. Если его признали покупателем, то значит необходимые средствами он владеет. В любом случае, сделка или будет оплачена в соответствии с оговоренными условиями, или она не состоится. По моему мнению, особых рисков тут нет».

Тем не менее, рублевая стоимость сделки за неделю упала на 30 млрд. рублей из-за укрепления рубля к евро (стоимость госпакета была установлена в европейской валюте). Как сообщили РБК аналитики инвестбанков, убыток от курсовой разницы может понести «Роснефтегаз», если только он не захеджировал изменение валютного курса. Рубль подорожал вслед за растущими ценами на нефть после соглашения ОПЕК о сокращении добычи, к которому 10 декабря присоединились нефтедобывающие страны за пределами картеля, включая Россию.

Деньги в евро за пакет акций «Роснефти» должны были поступить до сегодняшнего дня. Но российские власти пока думают о схеме перевода их в рубли и обещают не допустить резких колебаний на валютном рынке. «Смотрите: на финансовый рынок сейчас поступит значительный объем иностранной валюты, а деньги должны поступить в бюджет в рублевом эквиваленте, в рублях, поэтому нужно разработать такую схему, которая бы негативно не повлияла на рынок, не вызвала бы каких-то скачков на валютном рынке», - говорил президент России Владимир Путин главе «Роснефти» Игорю Сечину на встрече в Кремле 7 декабря.

У экономистов эта сделка продолжает вызывать много вопросов. «Как она готовилась в режиме спецоперации с отвлечением внимания и в обстановке секретности, так и до сих пор многие детали неизвестны, а заявления участников противоречивы, - заявил «Веку» эксперт-аналитик АО «Финам» Алексей Калачев. - Если принимать во внимание только официальную информацию, прозвучавшую с самого верха, и принимать ее за чистую монету, то плюсы от продажи госпакета в 19,5% акций «Роснефти» консорциуму Glencore и Qatar Investment Authority за €10,5 млрд очевидны. В их числе можно отметить пополнение бюджета страны запланированной от приватизации суммой, а также тот факт, что это будет не перекладывание из кармана в карман государственных же средств, чего многие опасались, а все же сторонние деньги. Это бы означало приток в экономику новых денег из внешних источников, что кроме всего прочего, можно было бы трактовать и как прорыв негласной инвестиционной блокады, в которой, по сути, оказалась страна.

Однако, известно, что участники сделки с ее внешней стороны не являются для России новыми партнерами – и Glencore и кредитующий сделку итальянский банк Intesa Sanpaolo давно сотрудничают с «Роснефтью», а катарский инвестиционный фонд уже не в первый раз вкладывается в российские активы, - продолжает эксперт. - Кроме того, из озвученных деталей сделки видно, что она структурирована слишком замысловато, чтобы не вызывать подозрений».

Выясняется, например, что Glencore вносит только €300 млн, а остальная часть ее доли кредитуется итальянским банком, говорит Калачев. «Qatar Investment Authority пока не раскрывает деталей своего участия. А банк Intesa, оказывается, кредитует не менее половины суммы сделки, и очевидно не в одиночку, но при чьем соучастии, на каких условиях и под чьи гарантии – не ясно, - отмечает аналитик. - Нужно дождаться завершения сделки. Думаю, после того, как все документы будут подписаны, а вся сумма поступит в бюджет (а это все должно произойти вот-вот на днях), появится достаточно информации, чтобы оценить ее выгоду и преимущества».

«Мне это сделка с «Роснефтью» кажется странной, - рассказал «Веку» ведущий аналитик «Калита Финанс» Алексей Вязовский. - И суммы с размещением облигаций совпадают (в среду «Роснефть» разместила на рынке облигации на 600 млрд рублей – ред.). Как бы это не номинальные владельцы были, а за покупку заплатил бюджет. Надо ждать, когда станет известно больше подробностей».

Секретность и стремительность сделки по продаже пакета бумаг «Роснефти» действительно наводит на определенные подозрения. Особенно если выстроить цепочку: арест Владимира Евтушенкова – продажа «Башнефти» «Роснефти» - арест главы Минэкономразвития Алексея Улюкаева, который по слухам, грозился блокировать для Игоря Сечина сделку с «Башнефтью» - наконец, продажа госпакета «Роснефти» в частные руки, причем покупатели, повторимся, нашлись сразу после размещения облигаций.

«Обе эти уважаемые на мировом рынке организации (Glencore и QIA – ред.) объединяет то, что они непрозрачны, - пишет в своем блоге журналист Юлия Латынина. - Проще говоря, они - в рамках юридически совершенно безупречной схемы и, разумеется, с полным соблюдением финансового политеса - могут выступать фронтерами в обмен на некоторые услуги: например, в обмен на контракт о поставках нефти. Кремль почему-то очень торопился продать «Башнефть» «Роснефти», а затем продать 19,5% «Роснефти» в частные руки. Ровно накануне объявления о продаже «Роснефть» заняла 600 млрд рублей. Что размер этого займа для российского рынка является громадным и что займ проводился по закрытой подписке и был размещен за полчаса. А 300 млн долларов плюс 600 млрд рублей как раз и соответствуют примерно сумме, которую надо заплатить за 19,5% акций «Роснефти». Так что вопрос очень прост: кому на самом деле на глазах всех продают 19,5% акций «Роснефти» сразу после того, как «Роснефть» разместила на рынке займ в 600 млрд рублей?».