Российский суд не помог банкиру Владимиру Антонову в тяжбе с Литвой

Атака на систему

Совладелец национализированного Литвой банка Snoras Владимир Антонов подал иск 5 августа 2016 года, потребовав взыскать около 40 млрд рублей с властей страны. 20,2 млрд рублей за нанесенный ему имущественный вред, а еще 19,9 млрд за ущерб репутационный. Деловую репутацию Владимира Антонову разрушила, по мнению подателей иска, президент Литвы Даля Грибаускайте. В ноябре 2011 года, обосновывая национализацию банка, она определила бизнес Snoras как осознанную атаку на всю банковскую систему.

Хорошо еще что Даля Грибаускайте имела в виду литовскую, а не мировую систему, которую «финансовый диверсант» Владимир Антонов сумел разрушить. Хотя, конечно, с определением «банковская система» применительно к литовским финансовым заведениям президент этой страны явно погорячилась. В своих обвинениях Грибаускайте особенно напирала на российское гражданство Владимира Антонова. В этом смысле подача иска в Московский арбитражный суд выглядела вполне понятно.

Око за око

Юридические представители Литвы этих понятий не признали. В Московский арбитраж были представлены два ходатайства — о прекращении производства по делу и об оставлении иска без рассмотрения. Прекратить дело власти Литвы потребовали, сославшись на двусторонние договоры между странами. Эти договоры, по мнению ответчика, предполагают наличие судебного иммунитета от юрисдикции российских судов. Во втором ходатайстве представители Литвы настаивали, что подобные иски могут рассматриваться лишь Международной торговой палатой в Париже.

Юридические представители Антонова, подавая иск, рассчитывали на новый российский закон - «Об ответных мерах на неправомерные аресты российского имущества за рубежом», который вступил в силу 1 января 2016 года. Он ввел в правовое поле понятие «око за око» в системе межгосударственных экономических взаимоотношений. Теперь иммунитет иностранного государства и его имущества в России могут быть ограничены в ответ на аналогичные меры, принятые в отношении российского имущества.

Применительно к Литве и банкам Владимира Антонова это правило, по мнению представителей банкира, должно действовать после «калининградского дела». В 2005-2006 годах литовский суд привлек к имущественной ответственности власти Калининградской области по иску Dresdner Bank. Спустя десять лет юристы Антонова надеялись вызвать у российского суда ответную реакцию.

Не получилось. Мотивы отказа Московского арбитража пока неясны, текст судебного акта еще не опубликован. Но Владимир Антонов намерен продолжать. «Определенно мы будем подавать апелляционную жалобу, как только увидим полный текст определения. Его мы считаем незаконным и необоснованным», — заявил адвокат Сергей Мирзоев, представляющий интересы Антонова. Времени у него и его партнера Раймондаса Баранаускаса в избытке - с 2015-го года оба находятся в Москве, и больше нигде находиться не могут. После принудительной национализации Snoras банкиры уехали Великобританию, но были арестованы там в ноябре 2011 года по запросу Вильнюса, затем освобождены под залог, после чего переехали в Москву. И теперь отсюда они ведут свою собственную холодную войну с Вильнюсом.

Война за недвижимость

Реальной жертвой в этом конфликте пока стали 16 нежилых зданий, расположенных в Москве и Московской области, а также несколько других объектах недвижимости, замороженных решением арбитражного суда. По заявлению Владимира Антонова суд еще 12 августа принял обеспечительные меры, запретив органам Росреестра любые регистрационные действия с этими объектами, находящимися в собственности банка Snoras. Запрещено также регистрировать расторжение договоров аренды двух земельных участков в Москве и Московской области, находящихся в аренде у банка Snoras, до окончания сроков аренды.

Национализированному Snorasу удалось спасти от ареста свои ипотечные залоги. В этот список вошли 20 нежилых зданий и помещений в Москве, Петербурге, Екатеринбурге, Московской и Калининградской областях, 11 квартир в Москве и Подмосковье, жилой дом в подмосковном поселке Николина Гора, четыре земельных участка в Московской области и Петербурге. Суд указал в определении, что принятие подобных обеспечительных мер привело бы к безусловному нарушению прав третьих лиц.

Интересы неизвестных третьих лиц

Третьи лица уже пытаются вмешаться в ход процесса. Правда пока тоже неудачно. Перед тем как отказать в иске (24 октября), суд отклонил ходатайства кипрской компании Volandia Reserve Limited и литовской общественной организации «Прозрачная политика», занимающейся защитой интересов вкладчиков банка Snoras, о вступлении в дело в качестве третьих лиц. Кого в реальности представляют эти организации, непонятно. Но с учетом всей истории банковской деятельности Владимира Антонова - истории буйной и непредсказуемой, ничего хорошего от такой активности ждать не приходится.