Рубль по осени считают

Сложный комплекс причин уже второй год подряд вынуждает финансировать федеральный бюджет в основном из средств Резервного фонда. В 2015-м на закрытие дефицита из фонда взяли 2,6 триллиона рублей, в текущем – три раза по 390 млрд (в апреле, мае и августе). Что будем делать, когда сбережения закончатся?

Нефтегазовые накопления Резервного фонда РФ служат своего рода «тумбочкой», откуда, в случае крайней необходимости, государство берет деньги для покрытия насущных нужд. В августе Министерство финансов в «тумбочку» залезло в третий раз за год: чтобы покрыть дефицит федерального бюджета, потребовалось 390 миллиардов рублей. А ведь впереди четвертый, традиционно – самый затратный для бюджета квартал.

Резервный фонд за 8 месяцев потерял 1,17 триллиона, к концу года сумма дорастет до 2,2-3. Это будет означать даже не «ноль»: по данным Минфина, на 1 сентября в Резервном фонде осталось 2,09 триллиона рублей. Поскольку «тумбочка» не бездонная, есть высокая вероятность того, что в 2017-м году тратить придется деньги уже из Фонда национального благосостояния – впервые.

Не хватает 2,4 триллиона

Согласно закону о бюджете на 2016 год, общие траты Резервного фонда должны быть на уровне 2,1 триллиона рублей. Но необходимость затыкать бюджетную дыру заставляет говорить и о 2,2 триллионах (министр финансов Антон Силуанов озвучил эту цифру в июле), и даже о еще больших суммах. Центробанк в целом пессимистичен. Опубликованный регулятором доклад «Условия проведения денежно-кредитной политики» сообщает, что дефицит бюджета может достичь 3,5% – это значит, что где-то нужно будет изыскать на его покрытие 2,4 триллиона рублей.

Определяющие факторы, как понятно, – успешность большой приватизации и цена на нефть. Если все будет идти так, как запланировало Министерство финансов, к концу года в Резервном фонде останется 900 миллиардов рублей. Отчасти заминка в «Роснефти»: если ее приватизацию перенесут на 2017 год, расходы Резервного фонда достигнут 3 триллионов, то есть, в государственной кубышке останется всего лишь 300-400 миллиардов.

В Фонде национального благосостояния по данным на 1 сентября «припасено» было 4,72 триллиона рублей (частично вложенных в инфраструктурные проекты, частично – в привилегированные банковские акции). Если динамика расходования накоплений сохранится, средств из Фонда национального благосостояния хватит до конца 2018 года.

Делать нечего – надо ронять?

Выборы в российский парламент, которые состоятся уже через несколько дней, станут порогом, после которого российская валюта начнет слабеть на глазах, полагают эксперты. В числе основных факторов, которые заработают после 18 сентября, – текущий дефицит бюджета, экспортное лобби. Факторы эти имеют внутрироссийскую природу и их можно попытаться побороть.

Чтобы перекрыть дефицит бюджета надо поднять налоговую нагрузку, организовать государственные займы, интенсифицировать приватизацию государственной собственности, потребовать от госкомпаний увеличения дивидендных выплат, наконец. Но: приватизация «Башнефти» и Совкомфлота «поставлена на паузу», будет ли приватизирована Роснефть, не известно. Госкомпании на просьбы активнее делиться дивидендами реагируют без энтузиазма. У предприятий есть собственные инвестиционные проекты, требующие финансирования, да и вообще их бюджеты – не резиновые.

Непопулярные, но более ожидаемые меры, – увеличение налоговой нагрузки и девальвация рубля. В принципе, на обесценивание национальной валюты россияне могут отреагировать даже спокойнее, чем на поднятие налогов. Слабый рубль будет выгоден и для экспортеров (а экономика России на сегодняшний день в большой степени ориентирована именно на экспорт, а не на внутренний рынок – даже несмотря на постоянные «напоминания» о необходимости импортозамещения).

Заграница нам «поможет»

Есть и внешние факторы, влияющие на ближние перспективы рубля. Прежде всего, решение Федеральной резервной системы США относительно учетной ставки – оно будет принято до конца сентября. Если ставку поднимут, доллар США вырастет относительно всех других валют. Второй важный момент – выборы президента США. По мнению экспертов, победа любого из кандидатов представляет собой совокупность рисков – и это может побудить инвесторов прибегать к защитным инструментам, уходя от рискованных активов и выбирая золото и устойчивую валюту (в первую очередь, американский доллар).

Наконец, в этом же сентябре в Алжире пройдет встреча представителей нефтедобывающих стран. «В товарищах согласья нет», страны ОПЕК и прежде не могли выработать единую позицию относительно ограничения нефтедобычи и поддержки сырьевого рынка. С одной стороны – Саудовская Аравия, резервы которой уже ограничены, с другой – полные энтузиазма Иран и Ирак. Если договоренность об ограничении не будет достигнута, это прямым образом повлияет как на котировки нефти, так и на стоимость рубля. Зависимость российской нацвалюты от стоимости нефти – это постоянное давление, которого рубль, в конце концов, может и не выдержать.