Уралмашевского киллера допросили как эксперта

В Сысертском райсуде допросили бывшего члена уралмашевской группировки Игоря Сычева, который в 2001 году был приговорен к 15 годам за убийства. Он стал свидетелем по делу бывшего вице-мэра Екатеринбурга Виктора Контеева, которого среди прочего обвиняют в покушении на убийство бизнесмена Максим Краснова. Непосредственным свидетелем преступления Игорь Сычев не был, но в суде выслушали его оценку обвинения — как человека, разбирающегося в заказных убийствах и криминальном мире. Его показания, как считает защита, должны продемонстрировать отсутствие состава преступления в действиях Виктора Контеева.

Игоря Сычева защита Виктора Контеева намеревалась допросить в суде как специалиста по заказным убийствам. В качестве подтверждения компетентности господина Сычева в этом вопросе адвокаты представили решение Свердловского облсуда, по которому он в 2001 году был приговорен к 15 годам общего режима за убийства. Согласно приговору суда, мужчина входил в состав группы боевиков уралмашевской группировки из 16 человек. Им инкриминировалось около 30 убийств. Непосредственно Игорь Сычев был признан виновным в трех эпизодах, среди которых были убийства лидеров «центровых» Олега Вагина и Николая Широкова. Однако судья Сысертского райсуда Анастасия Бреус сочла эти данные неубедительными для допроса господина Сычева как специалиста, но удовлетворила ходатайство адвокатов о привлечении его в качестве свидетеля.

Допрос Игоря Сычева, по мнению адвокатов, должен показать отсутствие состава преступления в эпизоде с покушением, который инкриминируют Виктору Контееву.

С 2014 года он уже отбывает 18-летний срок в колонии строгого режима за получение взятки, вымогательство и подстрекательство к убийствам.

Согласно фабуле второго уголовного дела, с марта 2009 года по май 2010-го Виктор Контеев и участники созданной им организованной группы вымогали у бизнесмена Максим Краснова 25% долей ООО «Урал» (Курганская область) стоимостью 3,6 млн руб. Предприятие находилось в городе Петухово, расположенном на границе с Казахстаном, и занималось растаможкой фур с фруктами из среднеазиатских республик, которые далее направлялись в Екатеринбург на крупнейшую в регионе овощебазу №4. После отказа Максима Краснова, как полагают следователи, бизнесмена решили убить, но не смогли довести замысел до конца.

Как ранее сообщал «Ъ», по аналогичным обвинениям в 2015 году уже был осужден на 22 года колонии строгого режима Олег Сухочев (Сухач), а в 2020-м к 12 годам был приговорен Виктор Калин (Джигит). Следствие считает, что они действовали по указанию Виктора Контеева. Хотя в суде оба это отрицали. Потерпевший Максим Краснов также заявлял на процессе, что бывший чиновник не имеет отношения к его делу. Нападение он связывал с конфликтом с Виктором Калиным.

Игорь Сычев в ходе допроса предположил, что обвинительное заключение по делу Виктора Контеева написано «в определенных интересах» либо человеком, который «не разбирается в понятиях».

Он уверяет, что Калин и Сухочев не могли исполнять поручения Виктора Контеева, поскольку имели определенный авторитет в преступном мире и придерживались «понятий». «Контеев на момент совершенней преступления был вице-мэром, государевым человеком. Понятия не позволяют выполнять требования и задачи, которые поставил государев чиновник. Весь институт воров в законе нацелен на борьбу с властью в местах лишения свободы или на свободе. Понятийно правильный человек не может выполнять указы чиновника, иначе его статус может измениться. Чиновник — почти мент»,— рассказал он.

Кроме того, по его словам, обстоятельства покушения, которые описаны в материалах дела, говорят о том, что убийство Максима Краснова не планировалось. Как следует из обвинительного приговора Олега Сухочева, в апреле 2010 года Виктор Контеев направил киллеров на станцию Большое Седельниково Сысертского района, где те напали на бизнесмена. Они начали избивать его металлическими прутьями, но убить не смогли — их спугнули прибежавшие на помощь родственники потерпевшего. В покушении, по версии следствия, участвовали семь человек.

«Всемером убивать не ездят,— заявил суду Игорь Сычев.— Это свидетели, которые при случае все дружно покажут на исполнителя, а может, и на заказчика. Если человека начинают бить, то понятно, что убивать его не будут. Для убийства нужно 10–15–20 секунд: вышел из машины, убил, сел в машину и уехал. Можно выстрелить и не выходя из машины. Никакая помощь из соседнего двора не успеет добежать».

Бывший член уралмашевской группировки заявил, что исполнители не ездят на убийство на личном автомобиле, как указано в материалах дела, поскольку при необходимости его легко отследить по камерам.

Версию следствия о том, что после покушения тело Максима Краснова планировали вывезти из Седельниково в район Шарташа (расстояние более 20 км), он также назвал несостоятельной, подчеркнув, что после убийства тело не стали бы везти через весь город.

Адвокат Виктора Контеева Сергей Колосовский рассказал, что обвинение в покушении построено на показаниях Евгения Глазырина (Глаз), который в 2014-м был осужден по делу бывшего чиновника. В прошлом году он скончался. В окружении Виктора Контеева считали, что в том числе показания Евгения Глазырина позволили выдвинуть обвинение в отношении экс-чиновника и в первом уголовном деле. «В реальности было не покушение, а разборки между Калиным и Красновым на почве финансовых разногласий. Приехали поговорить с Красновым, но тут началась драка. Это неоднократно подтверждали свидетели на суде. Контеев к этим разборкам отношения не имел»,— пояснил адвокат.