Зерновая афера братьев Магомедовых вызвала недоверие у суда

Пресненский райсуд Москвы вернул в прокуратуру уголовное дело в отношении бывшего топ-менеджера Объединенной зерновой компании (ОЗК) Тимура Бутова. Следствие считает бизнесмена подельником владельцев группы компаний «Сумма» братьев Зиявудина и Магомеда Магомедовых, которые обвиняются в создании организованного преступного сообщества (ОПС), а также хищениях и растратах. Господин Бутов полностью признал свою вину, и его дело суд планировал рассмотреть в особом порядке. Однако обвинительное заключение оказалось составлено с нарушением требований Уголовно-процессуального кодекса.

Во вторник в Пресненском райсуде Москвы прошло предварительное заседание по уголовному делу в отношении бывшего топ-менеджера ОЗК Тимура Бутова. Следственный департамент МВД России обвиняет его в участии в преступном сообществе и особо крупной растрате (ч. 3 ст. 210 и ч. 4 ст. 160 УК РФ). Однако судья Александра Авдотьина так и не смогла назначить дату рассмотрения дела по существу. По ее мнению, «обвинительное заключение составлено с нарушением требований уголовно-процессуального кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения». В частности, суд так и не смог «в полном объеме удостовериться в соблюдении подсудимым всех условий и выполнении обязательств, предусмотренных досудебным соглашением о сотрудничестве». В связи с этим дело возвращено в Генпрокуратуру для устранения выявленных нарушений. При этом меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении обвиняемому Бутову оставили без изменения.

История с хищением денежных средств ОЗК, совладельцем которой в 2012 году стала группа «Сумма» (еще 50% принадлежит Росимуществу), является одним из многочисленных эпизодов в уголовном деле Зиявудина Магомедова и его старшего брата Магомеда Магомедова. Обоих МВД обвиняет в создании ОПС, а также в хищениях и растратах при реализации крупных проектов около 11 млрд руб. Сейчас это дело находится на утверждении в Генпрокуратуре.

По версии следствия, братья Магомедовы являлись организаторами и «зерновой аферы». Как следует из материалов дела, под фиктивную закупку через шотландскую компанию Newbay Investments LP 400 тыс. тонн зерна они вывели через ОЗК более $20 млн.

В марте 2018 года в рамках расследования этого дела были задержаны бывший глава ОЗК Сергей Поляков и его заместитель по финансам Тимур Бутов. Именно они, как следует из материалов дела, в 2012-2013 годах заключили договоры с Newbay. Первый свою вину в инкриминированном преступлении категорически отрицал, и по ходатайству следствия Тверской райсуд Москвы отправил его в СИЗО. Сейчас он завершает ознакомление с материалами дела. А вот Тимур Бутов пошел на сотрудничество со следствием и ходатайствовал о заключении досудебного соглашения с прокурором.

На допросах он полностью признал свое участие в махинациях и дал показания не только на господина Полякова, но и братьев Магомедовых.

В частности, как якобы утверждал Тимур Бутов, именно по указанию братьев в декабре 2012 года ОЗК перечислила за 400 тыс. тонн пшеницы, фуражного ячменя и кукурузы с Украины сначала около $6 млн, а в феврале 2013-го — остальную часть суммы.

Зерновые в оговоренный контрактами срок в адрес ООО «Судоремонтный завод "Южный Севастополь"» так и не поступили, а компания Newbay в 2017 году была ликвидирована. При этом следователи считают, что никакие поставки не планировались изначально хотя бы потому, что судоремонтный завод в принципе не мог использоваться для перевалки таких объемов продукции, к тому же не имел соответствующего оборудования.

Защита господина Бутова комментировать ситуацию с возвращением дела своего клиента в прокуратуру не стала.

Адвокат Михаил Ошеров, защищающий Магомеда Магомедова, заявил “Ъ”, что о досудебном соглашении Тимура Бутова ему стало известно при ознакомлении с обвинительным заключением в отношении своего клиента. «В своих показаниях он оговаривает моего доверителя»,— отметил защитник. Во вторник выяснилось, что показания обвиняемого Бутова вызывают сомнения и у судьи, которая должна была рассматривать его дело в особом порядке.