Ингавирин накачал Рейхарта деньгами

Как передаёт корреспондент The Moscow Post, Дмитрий Рейхарт, совладелец компании "Валента Фарм", известной своими препаратами "Ингавирин", "Феназепам" и рядом других, вместе с партнерами зарегистрировал в Люксембурге инвестиционный фонд Ruthenium Fund для работы на фармацевтическом рынке. Фонд будет работать для западных компаний, обеспечивая им доходность не менее 20%.

Новость поражает своим цинизмом. В то время, когда наша страна сражается с COVID-19, а отечественные фармкомпании остро нуждаются в инвестициях, Дмитрий Рейхарт и сотоварищи создают фонд, который будет работать в интересах иностранных структур. Цинизм в том, что средства на организацию фонда, скорее всего, получены "Валентой" от деятельности в России - из нашего с вами кармана. Уж не получится ли так, что через созданный в Люксембурге фонд будут выводиться деньги, заработанные в России, по сути, на здоровье людей?

И еще больший цинизм в том, что распиаренный "Ингавирин" и вовсе может быть опасен для здоровья. Осенью прошлого года весь рынок всколыхнула дискуссия на федеральном ТВ, что "Ингавирин" при определённых обстоятельствах якобы может способствовать возникновению рака. О том, что противовирусный препарат "Ингавирин" при неправильном использовании может вызывать рак крови, медики заявили в передаче доктора Елены Малышевой, в которой обсуждались препараты, связанные с борьбой с COVID-19. Об этом пишет "Независимая газета".

Поводом для таких размышлений стало то, что "Ингавирин" якобы имеет практически тот же состав, что и выпускаемый ранее этой же компанией препарат "Дикарбамин". Он использовался как стимулятор кроветворения у больных, получающих противораковую терапию. В 2013 году лицензия на этот препарат была отозвана, об этом пишет издание "Лайф".

Учитывая схожий состав препаратов, у журналистов и простых обывателей сразу появилось множество вопросов, на которые представители компании никак не могли дать вразумительных ответов. Приведём лишь некоторые из них, озвученные журналистами "Независимой газеты".

"Дикарбамин" был рецептурным препаратом, но "Ингавирин" с тем же действующим веществом и минимальной разницей в массе - безрецептурный. Почему? "Дикарбамин" был противопоказан детям и беременным, а "Ингавирин", согласно инструкции, маленьким детям можно. Как так? Кроме того, в инструкции к препарату сначала рекомендовали курс лечения в 7 таблеток, а потом стали в 10. Но разница в массе вещества не изменилась. Что это, недоработка, или желание "высосать" побольше денег из людей?

Продать, пока рак не "свистнет"?

Сегодня обсуждение "Ингавирина" и его возможного вреда в сети продолжается. Не найдя исчерпывающих ответов от компании, люди обращаются к силе сетей. В Интернете появилась петиция к Министерству здравоохранения РФ с требованием прояснить ситуацию. Обращение набрало уже свыше 5 тыс. подписей.

Если окажется, что "Ингавирин" вреден, и продвигался таковым руководством компании не без использования связей бывшего чиновника Рейхарта, будет огромный скандал. Ведь, как говорится на сайте самой "Валенты Фарм", к 2016 году препарат стал самым продаваемым противовирусным средством в России, опередив такого "мастодонта", как "Гепатопротектор эссенциале" французской Sanofi.

В 2020 году же произошел настоящий всплеск продаж в связи с пандемией коронавируса. На этой волне российские поликлиники и больницы заключили 74 госконтракта на поставку этого лекарства в размере больше 201 миллиона рублей. Об этом пишет "Лайф". И здесь тоже вопрос, какую роль в этом могли сыграть связи Рейхарта в Минздраве РФ?

Но госпоставки лишь капля в море - поддавшись на рекламу, россияне потратили на "Ингавирин" миллиарды. Еще хуже то, что препарат почему-то стал активно рекламироваться, как средство, которое можно применять при коронавирусной инфекции. Но вскоре это из рекламы пропало…

Сыграть на страхе людей

Еще несколько лет назад СМИ терялись в догадках, кто же реально стоит за компанией "Валента Фарм", которая буквально завалила рынок своим "Ингавирином". Но когда выяснилось, что одним из ключевых бенефициаров является бывший глава "Фонда обязательного медицинского страхования" Дмитрий Рейхарт, это произвело эффект разовравшейся бомбы.

Как пишут "Ведомости", крупнейший акционер производителя лекарств "Валента фармацевтика" - ПАО "Отечественные лекарства". Оно, в свою очередь, через кипрскую Lekarstva Holdings с конца ноября 2016 года принадлежит восьми физлицам: Кириллу Сырову, Владимиру Нестеруку, Олегу Кедровскому, Алексею Романову, Святославу Петрушко, Зинаиде Рейхарт, гендиректору "Отечественных лекарств" Дмитрию Шульженко и гендиректору "Валенты" Антону Стрекалову.

Зинаиде Рейхарт, возможно, супруге или другой родственнице Дмитрия Рейхарта, принадлежит 7%. Скорее всего, именно за ней и скрывается сам Рейхарт, причем эта доля может быть формальной, на деле может быть больше. Кроме того, сразу пять из восьми акционеров "Валенты" связаны со скандальным банком "Российский кредит": Кедровский, Петрушко, Шульженко, Нестерук и Сыров.

Почему это важно? В 2015 году у банка отозвали лицензию. Как утверждают авторы сайта "Банки.ру", якобы организация предоставляла недостоверную отчетность, скрывающую наличие оснований для осуществления мер по предупреждению банкротства, проводила высокрискованную кредитную политику. Грубо говоря, там могли "проворачиваться" серые схемы, доходы от которых вполне могли пойти на создание и продвижение "Валенты Фарм".

Сама фирма могла быть создана не без покровительства чиновников из высоких кабинетов Минздрава. Тем более, вся карьера Рейхарта тесно связана с системой сертификации лекарств. В 2006 году она резко взлетела, когда он стал первым зампредом Федерального фонда обязательного медицинского страхования (ФФОМС). В 2007-м Рейхарт стал директором ФФОМС. В конце 2008-го он покинул ФФОМС и уже через полгода вошёл в совет директоров "Валенты".

Там его называли независимым членом совета директоров, хотя у понимающих людей это вызывало лишь ухмылку. Как раз в это время "Ингавирин" каким-то чудесным образом получил сертификацию и началось его агрессивное продвижение на российском рынке.

Рейхарт и другие могли воспользоваться тем же, чем хоть раз пользовались почти все фармкомпании мира - страхом общества перед болезнью, страданиями и смертью. И хорошо на этом заработать. Ведь "Ингавирин" вывели на рынок в самый "благоприятный" момент, в марте 2009 года, во время истерии вокруг свиного гриппа (гриппа H1N1). Ему была присвоена шестая - самая сильная - степень угрозы. Надо ли говорить, что никакой панацеей от H1N1 "Ингавирин" не был?

И это было только начало его победной поступи. И это несмотря на то, что многие годы препарат попадал в разные "хит-парады" "фуфломицинов" - лекарств с якобы сомнительной эффективностью. По крайней мере, так утверждают авторы сайта "Беловежкин.ком", почему-то записавших "Ингавирин" в список "фуфломицинов", наряду с такими панацеями, как "Арбидол", кагоцел и другими.

Больше всего поражает, что компания вроде бы даже не стремиться как-то развеять все эти страхи и опасения. Видимо, Рейхарт и его партнеры заработали уже достаточно денег в России, чтобы вообще не думать, о чем там переживают люди. А то, что состояние, на которое организуются фонды для западных компаний, могло быть добыто на здоровье доверчивых россиян - кого же это волнует при таких доходах? Теперь "окучивать" надо западных "инвесторов".