Михаил Абызов жалуется на нерасторопных следователей

В сентябре состоялся четвертый допрос экс-министра по делам открытого правительства Михаила Абызова. На нем он пожаловался на то, что уже почти полгода не может дать показания по обвинению в мошенничестве в особо крупном размере (часть 4 статьи 159 УК РФ), рассказали Forbes два источника в окружении бывшего министра. Как уточнил экс-чиновник, это происходит потому, что следствие не конкретизирует, какое именно имущество было похищено у потерпевших по делу.

Обвинение по статье 159 было предъявлено экс-министру в марте одновременно с обвинением в создании преступного сообщества (часть 3 статьи 210 УК РФ). В августе и сентябре с разницей в неделю Следственный комитет возбудил еще два дела в отношении Абызова. Бывшему чиновнику инкриминировали незаконное участие в предпринимательской деятельностью и легализацию денежных средств при продаже акций (статьи 289 и 174.1 УК).

На сентябрьском допросе Абызов прокомментировал и новые обвинения. По мнению бизнесмена, обвинение по статье 289 УК РФ носит надуманный характер и противоречит закону. По мнению экс-министра, обязательным квалифицирующим признаком этой статьи является предоставление со стороны должностного лица льгот, преимуществ и иного покровительства коммерческой организации. Однако таких обстоятельств в предъявленном обвинении нет, передают слова Абызова собеседники Forbes.

По словам бизнесмена, это лишило его возможности что-либо пояснить по существу и по этой статье. Абызов попросил следствие разъяснить, в чем выражалось осуществленное им покровительство.

Комментируя обвинение по статье 174.1 УК РФ, экс-министр заявил, что не считает свою «законную деятельность преступной».

Самые развернутые показания Абызов дал по обвинению в создании преступного сообщества. По словам экс-министра, следствие не предоставило доказательств его создания, а сами факты знакомства не могут служить «доказательством устойчивых преступных связей». Абызов отдельно указал на то, что с января 2012 года занимал должности советника президента и министра правительства и поэтому все его перемещения на служебном автомобиле, время пребывания на рабочем месте, а также все посетители фиксировались «службами, осуществлявшими обеспечение режима и функционирование» аппарата правительства.

«Основной задачей моей деятельности в этот период являлось обеспечение взаимодействия президента и правительства с институтами гражданского общества. В этой связи я считал своим служебным и гражданским долгом соответствовать высшим стандартам и принципам законности, порядочности и открытости», — заявил Абызов.

Дальнейшее нахождение в СИЗО бывший чиновник назвал попыткой склонить его к самооговору.

Адвокат Абызова Алексей Кирсанов отказался комментировать показания его доверителя по существу, однако пояснил, что если исходить из логики следствия, то под статью Уголовного кодекса можно будет подвести «практически любую сделку, напрочь игнорируя все иные законы и правила делового оборота, подменяя понятия прибыли и экономической целесообразности термином «корыстный умысел»».

В чем обвиняют Михаила Абызова

Следствие считает, что в марте 2013 года компания Абызова «Сибэнергострой» продала кипрскому офшору Blacksiris Trading Limited, также подконтрольному Абызову, компании НЭСКО, «Инженерный центр», ПРП и ЭСМ. Сумма сделки составила 186 млн рублей. После сделки приобретенные офшором компании объединились с компаниями, которые в 2012 году учредил Blacksiris – АСС, ПРиС, ПЭСК и РЭМиС. А уже в декабре 2013 года Blacksiris продала эти структуры принадлежащим Абызову компаниям СИБЭКО и РЭС. Сумма сделки – 4 млрд рублей – по версии следствия была завышенной. Эти деньги были перечислены в Blacksiris, а миноритарии СИБЭКО и РЭС (граждане Рубцов и Акопян, а также ФГУП «Внешнеэкономическое объединение «Алмазювелирэкспорт») пострадали от действий экс-министра, считает следствие.

Про предъявленные в августе и сентябре обвинения РБК писал, что в их основе сделка 2018 года, когда Абызов еще занимал пост министра. Речь идет о продаже акций компании СИБЭКО компаниям АО «Кузбассэнерго» и АО «ХРСК» за 32 млрд рублей. Эти деньги следствие считает полученными преступным путем и впоследствии легализованными. Все дела против Абызова сейчас соединены в одно производство.