Министр уполномочен запретить

Николай Никифоров — самый молодой министр в российском правительстве, которого еще несколько лет назад считали едва ли не самым симпатичным «лицом» в команде Дмитрия Медведева. Теперь и он, и возглавляемое им Министерство связи и массовых коммуникаций стали символизировать политику запретов и ограничений.

«Если в любом поисковике набрать «Николай Никифоров», то большинство ссылок будет содержать: «Минсвязи предлагает ввести ответственность», — говорит интернет-предприниматель Андрей Вильчинский. В прошлом он руководил сервисом самостоятельных путешествий Anywayanyday.com, затем с партнерами основал сервис онлайн-заказа виз на дом VisaToHome.ru, а в июле 2015 года запустил проект онлайн-меню для кафе WifiMenu.ru. — Я не знаком ни с кем из отрасли, кто мог бы сказать, что министерство повлияло на его бизнес положительно. А вот возмущений, страхов и усложнений привычных вещей много. Все последние инициативы, получившие огласку, были связаны с тем или иным ограничением. Пока в интернете было мало людей и мало денег, то он особо и не интересовал наше правительство. Как только они поняли, что именно там теперь фокус внимания современного активного общества, начали неуклюже пытаться туда прийти и всех «построить», показать, кто тут главный. И если рынок говорит, что главный тот, кто прогрессивнее других думает, кто быстрее всех разрабатывает и кто смелее всех инвестирует, то правительство говорит: нет — главный тот, кто может все запретить».

Карьерный стартап

В правительство Николай Никифоров пришел в мае 2012 года, после работы министром информатизации и связи Татарстана. В Татарстане карьера будущего чиновника развивалась долго, последовательно и успешно. Подростком он начал небольшое собственное дело, проложив в своей школе локальную сеть. Еще до поступления в Казанский государственный университет медалист и олимпиадник Никифоров успел съездить на несколько международных конференций, а на первом курсе представлял проекты своего вуза на Азиатско-Тихоокеанском экономическом форуме в Новой Зеландии. Молодой технарь был на виду у республиканских властей и после выпуска из университета получил приглашение на должность заместителя гендиректора в ООО «Современные интернеттехнологии», которое было основано правительством Татарстана и создавало сайты министерств и ведомств. Через год Никифоров стал советником по информационным технологиям премьер-министра Татарстана Рустама Минниханова. Среди его заслуг перечисляют «Электронное правительство» Татарстана и республиканский портал госуслуг, IT-парк в Казани, успешную компьютеризацию школ. В 2009 году Никифоров вошел в первую сотню президентского кадрового резерва, в апреле 2010-го стал министром информатизации и связи в Татарстане, а через два года был «призван» в федеральное правительство.

Никифорову предстояло развивать «электронное правительство», которое появилось еще при его предшественнике Игоре Щеголеве, распределять частоты для мобильной связи стандарта 4G, руководить переходом российского теле- и радиовещания в цифровой формат. Судя по отчету самого министра, по всем этим направлениям работа идет полным ходом. «82,8% населения страны охвачены вещанием первого мультиплекса и могут принимать 10 эфирных каналов в цифровом качестве (рост за год составил 4,9%). 40,9% населения могут принимать второй мультиплекс (рост за год — 40,8%)», — гласит доклад об итогах работы Минкомсвязи в 2014 году. Порталом Госуслуги.ру, по данным министерства, сейчас пользуется более 17 миллионов человек. С 1 декабря 2013 года по всей России абоненты сотовой связи получили право оставить старый номер при смене оператора. На 18 августа 2015 года более 1,7 миллиона номеров перешли от одного оператора к другому, всего у операторов накопилось 2,5 миллиона таких заявок, по данным ФГУП «Центральный научно-исследовательский институт связи».

Крутой поворот

Но больше всего министерство отметилось не технологическими достижениями, а громкими заявлениями в духе «все запретим», в том числе в социальных сетях, которые Николай Никифоров активно использует, — министр регулярно обновляет свои страницы в Twitter и Instagram. Первая угроза прозвучала уже через несколько месяцев после его назначения: он пообещал заблокировать YouTube. 17 сентября Генпрокуратура признала фильм «Невинность мусульман», размещенный на ресурсе, экстремистским. «Шутки шутками, а из-за этого ролика 3—5 ноября на территории России может быть полностью заблокирован весь YouTube», — заявил в твиттере Николай Никифоров. Угроза такого масштаба наделала много шуму, и 21 сентября на вопрос журналистов, действительно ли крупнейший мировой видеохостинг в России могут «закрыть», министр сказал, что его неправильно поняли: «Не будет такого. Это выдернуто из контекста. Нет, конечно».

Тем не менее запреты и блокировки стали набирать обороты. Федеральная служба по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор) — структура, подчиненная Министерству связи. Она предписывает провайдерам блокировать доступ к сайтам, которые содержат информацию, запрещенную к распространению российскими законами, и ведет реестр таких сайтов. По данным проекта «Роскомсвобода» (основан «Пиратской партией России»), сейчас в списке 11,6 тысячи сайтов, из них около 4,5 тысячи заблокированы по решениям судов и Генпрокуратуры, остальное — внесудебные блокировки по требованиям Роскомнадзора, ФСКН и Роспотребнадзора.

Закручивание гаек

Новый министр связи Николай Никифоров показал, что готов пойти в ограничении свободы высказывания дальше своего предшественника Игоря Щеголева. В сентябре 2014 года министерство опубликовало проект дополнений в статью КоАП «Злоупотребление свободой массовой информации», в котором предложило увеличить штрафы за публикацию экстремистских материалов в десять раз: если раньше максимальный штраф был 100 тысяч рублей, то в новой редакции — миллион. В мае поправка была принята.

Что касается внесудебных блокировок сайтов, то здесь государство развернулось еще шире, чем можно было опасаться: в августе 2015 года были заблокированы первые так называемые анонимайзеры — сервисы, которые позволяют интернет-пользователям обходить блокировки запрещенных ресурсов и скрывать следы посещения тех или иных сайтов. Таким образом, Роскомнадзор перешел от запрета информации к запрету инструментов для доступа к информации. Впрочем, IT-специалисты говорят, что создать новый анонимайзер взамен заблокированного можно за час, да и без них есть достаточно способов обойти блокировку.

Надо отметить, что все известные решения о блокировках таких сервисов были приняты Анапским городским судом после обращения межрайонного прокурора Анапы — прокуратура не стала комментировать эти иски для «Новой газеты». Интересно, что решение о внесении «Википедии» в список запрещенных сайтов принял суд в селе Черный Яр Астраханской области по заявлению районной прокуратуры. Уже во второй раз судьба российского интернета вершится в районных судах руками провинциальных прокуроров. Представители Роскомнадзора на судебные заседания не являются, как следует из текстов решений, но в случае с «Википедией» они хотя бы письменно поддержали требования прокурора — Анапскому суду даже не объяснили причины неявки.

В политике запретов у Министерства связи и массовых коммуникаций есть и сторонники, например, российский интернет-предприниматель Игорь Ашманов. «Есть закон. Если ресурс ему не подчиняется, почему бы его не заблокировать? — считает Ашманов. — Вот, например, гугл не понимает, что у нас в стране нельзя показывать детское порно и что в интернете недопустима продажа наркотиков. Если ввести в строке поиска «купить нар…», у «Яндекса» не появится подсказка «купить наркотики», а у гугла раньше вываливалось: «купить наркотики в Москве», «купить наркотики в Санкт-Петербурге», «купить наркотики в Новосибирске». На отраслевых встречах представители гугла начинали нести пургу: мы изучаем интересы пользователей, люди это реально спрашивают и почему бы не подсказывать. Для того чтобы фильтровать выдачу, нужно много разработчиков, это удорожит сервис. Но я знаю: чтобы заблокировать любую подсказку, нужно полчаса работы программиста. «Яндекс» в свое время тоже говорил, что это очень сложно, но на самом деле суть не в этом, а в том, что они боятся, что если они согласятся, им вообще будут присылать сверху «темники» и все регулировать».

Необходимость фильтровать подсказки при поиске пока не прописана в законе, но была навязана поисковым системам на самом высоком уровне.

Государство в России старается максимально контролировать не только контент, но и поведение пользователей в интернете: 31 июля 2014 года было внесено постановление правительства, предписывающее всем операторам публичных Wi-Fi-сетей предоставлять к ним доступ только авторизованным пользователям. Это значит, что все кафе, бизнес-центры и другие места, предлагающие посетителям беспроводной интернет, должны требовать от них зарегистрироваться в сети по номеру мобильного телефона.

Такие ограничения серьезно мешают бизнесу, связанному с интернетом, говорит Андрей Вильчинский: «Мне приходится с каждым партнером и клиентом проговаривать, как реализованы эти требования, и объяснять, что нет никаких рисков. По-моему, совершенно очевидно, что IT и телеком сейчас интересуют Минкомсвязи только в политическом аспекте, а никак не в экономическом. Все его инициативы совершенно понятны в разрезе контроля над распространением информации в интернете, очень слабо понятны в сфере защиты кого-то от кого-то (чем они объясняют истинные причины), а в экономическом плане эти решения, как мне кажется, не рассматриваются абсолютно и там мало кого волнует, сколько денег компании должны будут потратить на новые требования, сколько компаний будут вынуждены закрыться, а сколько предпринимателей откажутся от какой-то идеи, потому что что-то теперь стало запрещено».

Между тем объем российского интернет-рынка, по данным самого Министерства связи и массовых коммуникаций, в 2014 году преодолел отметку 1 трлн рублей — это 1,6% ВВП России за 2013 год. Объем отраслей, зависимых от интернета, по подсчетам ведомства, составил около 7 трлн рублей, в них работает 6 млн человек. Политика повсеместных запретов и регулирования губит и эти сферы, и экономику в целом, поскольку репрессивная атмосфера в обществе отпугивает любых инвесторов, не только технологических, говорит IT-журналист Сергей Голубицкий. Впрочем, говоря о запретах и тотальном надзоре за интернетом, нельзя забывать и о роли сознательных граждан в сети: по тем же данным Минкомсвязи, только в 2014 году в Роскомнадзор подали около 139 тысяч жалоб на «контент в интернете, представляющий опасность для жизни и здоровья детей».

Мрачные перспективы

А само Министерство связи во главе с Николаем Никифоровым тем временем замахивается на новые горизонты контроля за сетью. 19 августа министр выразил досаду из-за «нежелания США выполнять собственные обещания о передаче функции управления критической инфраструктурой интернета международному сообществу». Накануне заместитель министра торговли США Лоуренс Стриклинг сообщил, что ведомство продлевает контракт c организацией ICANN до 30 сентября 2016 года с возможностью пролонгации еще на три года. ICANN (Internet Corporation for Assigned Names) — это мировой регистратор доменов, своеобразный хранитель «адресной книги» интернета, некоммерческая организация, не подконтрольная правительству США. С момента создания регулятора в 1998 году подразумевалось, что она будет выполнять свои функции временно, до передачи их мировому интернет-сообществу, и в последние годы идет обсуждение, как эта передача может быть оформлена. Россия выступает за передачу полномочий ICANN в ООН, но европейские страны не согласны: в ООН входят в том числе государства, которые ограничивают свободу слова в Сети и преследуют пользователей за высказывания в онлайне, поэтому организация не сможет «гарантировать свободный поток информации по всему миру». Видимо, похожие опасения есть и у властей США, которые решили пока оставить международного регулятора интернета в своей юрисдикции. Николай Никифоров с этим не согласен. Что было бы, если бы Россия имела доступ к регулированию не только Рунета, но и всей мировой сети?