Начальник УСБ СКР обратился из тюрьмы к президенту

Как стало известно “Ъ”, начальник управления собственной безопасности (УСБ) СКР Александр Ламонов, являющийся одним из фигурантов громкого уголовного дела о коррупции в Следственном комитете, обратился с открытым письмом к президенту России Владимиру Путину. Полковник настаивает, что является «честным офицером», и просит главу государства разобраться в его уголовном преследовании за получение взятки от вора в законе Захария Калашова (Шакро Молодого).

Как сообщила “Ъ” адвокат Александра Ламонова Ольга Лукманова, письмо Владимиру Путину уже отправлено в администрацию президента. В своем обращении (имеется в распоряжении “Ъ”) господин Ламонов указывает: со слов ведущих его уголовное дело сотрудников следственного управления ФСБ ему известно, что расследование находится на контроле у президента, а потому он и решил обратиться к главе государства. Полковник Ламонов особо отмечает, что не просит о каком-либо снисхождении, а надеется лишь на «объективность и справедливость». Надо отметить, что, несмотря на почти год, проведенный под стражей, Александр Ламонов по-прежнему является действующим офицером СКР, который регулярно перечисляет ему зарплату.

Как утверждает Александр Ламонов, к нему в СИЗО «Лефортово» «неоднократно ходили» оперативники управления «М» ФСБ, которое специализируется на борьбе с коррупцией и сейчас отвечает за оперативное сопровождение громкого уголовного дела. Они якобы требовали от заключенного признания вины, «заключения досудебного соглашения о сотрудничестве и дачи показаний в отношении других лиц». На кого именно он должен был дать показания, господин Ламонов не уточняет, но, очевидно, речь идет о его подельниках: бывшем непосредственном руководителе — начальнике главного управления межведомственного взаимодействия и собственной безопасности СКР Михаиле Максименко и заместителе главы ГСУ СКР по Москве Денисе Никандрове, которые также находятся под стражей.

Господин Ламонов утверждает, что в случае отказа от сотрудничества чекисты обещали возбудить в его отношении новые уголовные дела, а при согласии — смягчить ему условия содержания под стражей или даже освободить из СИЗО. От предложенной схемы сотрудничества офицер с 25-летним стажем работы в правоохранительных органах отказался. При этом господин Ламонов предлагает свою версию события вокруг Шакро Молодого и дела о взятке. По его словам, еще в конце 2015 года, вскоре после перестрелки возле ресторана Elements на Рочдельской улице с участием людей Шакро, к нему приехал экс-полковник МВД Евгений Суржиков. Как утверждает Александр Ламонов, ранее господин Суржиков пытался устроиться на работу в СКР. Однако, несмотря на госнаграды и участие в боевых действиях, на службу его не взяли, так как кандидат провалил проверку на полиграфе. В ходе визита господин Суржиков рассказал о конфликте на Рочдельской, во время которого он присутствовал, но участия в перестрелке не принимал (сейчас экс-офицер находится под следствием за вымогательство денег у хозяйки ресторана).

«После его рассказа меня заинтересовала эта ситуация — почему одна сторона под арестом, а вторая сторона под домашним арестом, хотя они также участвовали во всем этом, убили двоих людей и еще несколько ранили»,— пишет Александр Ламонов. По его словам, он сообщил об этом Михаилу Максименко и его заместителю Николаю Волкову, подчеркнув, что «ситуация нечестная, возможны коррупционные моменты». Тогда же господин Ламонов получил информацию о том, что сотрудники ФСБ и некие гражданские лица выходили на руководство ГСУ СКР и даже на главу СКР Александра Бастрыкина, прося не отправлять в СИЗО бывшего сотрудника правоохранительных органов адвоката Эдуарда Буданцева, который в конфликте на Рочдельской представлял интересы оппонентов вора в законе. В итоге обвиняемый в убийстве Буданцев оказался под домашним арестом, тогда как его противники из группировки Шакро попали в СИЗО.

«Информацию я получал от разных источников»,— пояснил глава УСБ, отметив, что руководство столичного главка СКР было предупреждено о том, что в деле о перестрелке необходимо строго придерживаться рамок закона. Вместе с тем ему вскоре стало известно, что кто-то «сливает информацию по производству следственных действий неким посредникам, вероятно, со стороны криминалитета (людям Шакро Молодого.— “Ъ”)». По словам господина Ламонова, при одной из встреч с Денисом Никандровым он поинтересовался, есть ли возможность сменить следователя по делу, на что тот ответил — его уже поменяли, а расследование передали в другое управление. Позже главе УСБ якобы стало известно, что люди Захария Калашова пытаются через свои связи в СКР «решить вопрос за деньги» об освобождении участвовавшего в стрельбе у ресторана «авторитета» из окружения Шакро Молодого Андрея Кочуйкова (Итальянец). «Я стал подозревать всех руководителей ГСУ СКР, кто имел отношение к данному делу»,— написал господин Ламонов, отметив, что пытался получить информацию у Михаила Максименко, но «он ничего не знал». При этом начальник сообщил ему, что ездил к руководству подразделения «М» ФСБ, и жаловался, что их сотрудники оказывают давление на следствие. При этом полковник Максименко якобы предложил «отойти от дела», так как эфэсбэшники «обиделись». Вскоре Александр Ламонов, согласно его версии, узнал, что деньги следователям за освобождение Итальянца хочет передать некий посредник по имени Дима. Начальник УСБ вспомнил, что у Михаила Максименко есть такой знакомый, и заподозрил его.

«Чтобы получить информацию по данной ситуации, я решил спровоцировать Максименко на разговор путем введения его в заблуждение, что якобы мне дали денег»,— пояснил господин Ламонов. Разговор состоялся и даже был записан. Возможно, эта запись и используется сейчас участниками расследования в отношении офицеров СКР — в ФСБ данное дело не комментируют. Позже Александр Ламонов признался начальнику в провокации, сообщив, что никаких денег не было и с Денисом Никандровым он на подобные темы не общался. В ответ Михаил Максименко отругал главу УСБ, сказав ему, что в ситуации пусть разбираются оперативники ФСБ. «Я являюсь честным офицером и не совершал преступления, в котором меня пытаются обвинить»,— утверждает полковник Ламонов.

Напомним, что господа Максименко, Ламонов и Никандров были арестованы по обвинению в получении взятки в €500 тыс. от Захария Калашова в июле 2016 года. Своей вины никто из них не признал. Однако впоследствии, как сообщил “Ъ”, Михаилу Максименко были предъявлены обвинения в получении еще нескольких взяток, но уже от других лиц.