Профсоюзы выгоняют из Дворца труда

В Арбитражном суде Петербурга и Ленобласти 30 июля состоялось предварительное заседание по делу об изъятии у профсоюзов комплекса зданий Дворца труда (он же Николаевский дворец) в собственность государства. На нем к материалам дела приобщили документы, собранные Генпрокуратурой, в том числе экспертизу СПбГУ, которая якобы подтверждает нелегитимное владение федеральным памятником. Также к делу в качестве третьего лица привлекли Комитет имущественных отношений. С его помощью суду предстоит оценить законность соглашения между городом и ЛПР, подписанного в бытность Валентины Матвиенко губернатором Петербурга.

До ленинских декретов, на которые профсоюзы ссылаются в обоснование свой позиции, руки пока не дошли, но не обошлось без советских граждан, обращение которых заставило оппонентов через смех сказать: «Это тот самый момент, когда мы согласны с прокуратурой».

Дестабилизация обстановки

Ожидая заседания в коридоре, собравшиеся разделились на две группы. Трое сотрудников прокуратуры в форме беседовали с молодым человеком в штатском. Как оказалось позже, им был представитель Росимущества. Вторая группа была чуть более многочисленной: в ней были как адвокаты Ленинградской федерации профсоюзов, выступающей ответчиком, так и представители третьих лиц — Федерации независимых профсоюзов России и Всеобщей конфедерации профсоюзов. Кроме того, на заседание явились представители других третьих лиц — Управления Росреестра по Петербургу и КГИОП. Позиция последних по большей части была нейтральна, а сами участники немногословны.

Предварительное заседание началось с отвода судьи, заявленного ЛФП. Ее представителей возмутило следующее: прокуратура 1 июля обратилась с ходатайством об определении более ранней даты предварительного заседания, чем уже назначенное 8 августа. Потому что, по мнению ведомства, ответчик тратит представленное время «во вред истцу и суду», в частности распространяет в СМИ провокационную и недостоверную информацию, чтобы манипулировать общественным мнением, повысить социальную напряженность и дестабилизировать обстановку. 2 июля суд удовлетворил ходатайство, а 3 июля документы отразились в электронной картотеке арбитражных дел.

Профсоюзы назвали утверждения ложными и ни на чём не основанными, как и обвинения в оказании влияния на суд. Также они указали на то, что прокурор по закону должен был направить копии ходатайства другим участникам дела, но «данной процессуальной обязанностью пренебрёг, а суд не стал оставлять ходатайство без движения». В том числе поэтому сторона ЛФП считает, что в действиях судьи наибольшие предпочтения отданы истцу «в ущерб правам и интересам других участников дела».

После опроса всех участников судья отвод отклонил. Кажется, этому мало кто удивился.

«Новое слово в юриспруденции»

Следующий ход был за прокуратурой. Она заявила ходатайство привлечь МТУ Росимущества по Петербургу и Ленобласти в качестве «соистца» по делу, что вызвало ропот в противоборствующем лагере.

— Поддерживаем данное ходатайство. Полагаем, что можем выступать как материальный соистец, — сказал представитель агентства Дмитрий Ромашов.

— То есть вы считаете, что суд может вас привлечь в качестве соистца? — уточнил судья.

— Уважаемый суд, я оговорилась. Материального истца, — поправила себя прокурор.

Коллективное недоумение профсоюзов от этого не ослабло. «Новое слово в юриспруденции», — послышался комментарий откуда-то с той стороны.

«Наша позиция состоит в том, что <…> следует данное ходатайство отклонить и дать заместителю генерального прокурора Российской Федерации время, возможность уточнить свои требования, заявленные ходатайством. Потому что, во-первых, у нас понятие соистца отсутствует в арбитражном процессуальном кодексе. У нас есть порядок заявления искового заявления либо присоединения к исковому заявлению», — сказал один из адвокатов ЛФП Андрей Варламов.

Его слова поддержал представитель Всеобщей конференции профсоюзов Андрей Остроумов. Он пытался донести мысль, что нельзя стать истцом без предъявления иска, а ходатайство противоречит законодательству.

«В данном случае прокурор просит привлечь лицо к участию в деле в качестве соистца при том, что этот истец не совершил то единственное действие, которое в силу арбитражного процессуального кодекса может повлечь за собой привлечение к участию в деле в качестве истца. А именно Росимущество не подало в суд исковое заявление», — констатировал он.

Представитель Росреестра поддержал ходатайство, КГИОП заявил об отсутствии возражений, их заявили только профсоюзы. В результате ходатайство прокуратуры было отклонено, но поступило новое — сделать Росимущество третьим лицом, заявляющим самостоятельные требования. На что оппоненты возразили: в суде представитель агентства никаких требований не заявил.

«МТУ Росимущества не высказывалось сейчас, что вступает в дело в качестве третьего лица, заявляющего требования, не заявляющего требования. Они просят привлечь в качестве третьего лица, но, как мы полагаем…» — объяснения прокурора вызвали смешок в зале.

«Не надо смеяться, когда выступает представитель прокуратуры», — отреагировал он и вызвал еще больше смеха у противостоящей стороны.

При этом ЛФП тоже заявила о привлечении Росимущества, но федерального и без самостоятельных требований. Суд решение этих вопросов отложил.

Экспертиза СПбГУ

Суд удовлетворил ходатайство прокуратуры о приобщении к делу большого количества документов, том числе, например, свидетельствующих о том, что КГИОП дважды обращался в суд, чтобы обязать собственника Дворца труда соблюдать свои обязанности по охране памятника. По данным надзорного ведомства, оба решения не исполнены. Также к делу приобщили письмо Росфинмониторинга, в котором говорится о денежных поступлениях и финансовых операциях, в частности о том, каким образом председатель ЛФП Мария Артюхина распоряжалась деньгами, какие платежи и кому осуществлялись.

Кроме того, к делу приобщили экспертное заключение СПбГУ. Из него, по словам прокурора, следует, что спорные объекты были отчуждены по ничтожным сделкам и полномочий на распоряжение ими у профсоюзных организаций не было.

Поскольку третьи лица со стороны профсоюзов говорили о том, что до сих пор не получили возможность ознакомиться с материалами дела — их организации располагаются в Москве, а от прокуратуры они ничего не получили, — суд дополнительно обязал ведомство направить представленные документы всем участникам и представить доказательства, что это было сделано.

«Подвергаем сомнению подпись губернатора»

Ходатайство ЛФП о привлечении к делу в качестве третьего лица КИО вызвало обсуждения. В 2007 году между профсоюзами и городом было подписано соглашение о разграничении прав собственности на недвижимость. Смольный в нем представлял КУГИ. Ответчик просил привлечь КИО как правопреемника и настаивал, что позиция комитета важна, чтобы определить статус этого документа.

«Если мы подвергаем сомнению подпись губернатора Санкт-Петербурга, на тот момент Валентины Ивановны Матвиенко, то мы должны от КИО услышать, что данный документ нелегитимен или легитимен. Мы считаем, что в качестве третьего лица КИО необходим в данном судебном процессе», — говорила адвокат ЛФП Наталья Черникова.

Прокуратура возражала. «Во-первых, мы приобщили ответ комитета, в котором они говорят, что соглашение не является документом об отчуждении недвижимости из федеральной собственности. Во-вторых, КУГИ не распоряжается федеральной собственностью», — говорил прокурор. В связи с этим ведомство посчитало, что оснований для привлечения комитета нет, но суд решил иначе. Теперь КИО тоже предстоит участвовать в разбирательстве.

«Предвестнику народовластия» — отказать

В финале судья вспомнил еще об одном ходатайстве, которое было необходимо обсудить. Оно поступило от «Объединенного профсоюза — Предвестника народовластия» с просьбой привлечь «наши организации». «Я дословно читаю», — уточнил судья в ответ на хихиканье из зала.

«Данное ходатайство подписано советскими гражданами», — произнес он, чем вызвал больше смеха, а затем перечислил ФИО трех человек.

«Тот самый момент, когда мы согласны с прокуратурой Российской Федерации, — сказал Варламов. — Предлагаем данное ходатайство отклонить, поскольку данная организация не зарегистрирована в реестре юридических лиц».

Судья отметил, что «Предвестник народовластия» просит не за себя, а за некие организации. Адвокат добавил, что по наименованию ничего не нашел: «И советские граждане, к сожалению, с 91-года не живут на территории РФ».

Наконец, ЛФП ходатайствовала об отложении предварительного заседания, чтобы успеть ознакомиться с материалами дела до начала основного. По словам Черниковой, в онлайне нет ни одного документа, а исковое сопровождают более 4 томов приложений. Оппоненты были против, так как «сторона высказывалась в "Фонтанке"», что она знает о наличии судебного спора (и, вероятно, речь идет о заявленном ею несогласии с требованиями). Поэтому ведомство считало, что достаточно объявить перерыв. К этому суд прислушался, объявил перерыв до 6 августа, пригласив ответчика в суд знакомиться с материалами офлайн.

Генпрокуратура РФ 10 июня подала иск к ЛФП об изъятии комплекса зданий признанного памятником Николаевского дворца (Дворца труда) в Петербурге. Ведомство считает, что объединение незаконно получило в собственность здания под литерами А, В и Д на площади Труда, 4. По мнению надзорного органа, передача дворца в ведение профсоюзных организаций в 1917 году не свидетельствует о возникновении у последних права собственности, значит, и последующая его передача по цепочке к новым и новым владельцам незаконна. Ленинградская федерация профсоюзов опубликовала открытое письмо, в котором заявила о несогласии с требованиями.

Главное здание под литерой В (непосредственно сам дворец) построен также в 1856 году. В собственности ЛФП находится с 2009 года. Росреестр хранит записи о десятках заключенных договоров аренды и субаренды с компаниями и гражданами. Общая площадь объекта составляет 19,5 тыс. кв. м. Кадастровая стоимость — 360, 9 млн рублей. В Сети можно найти уже снятые с публикации объявления об аренде коммерческих помещений в здании. Из них следует, что ставка составляла примерно 10–12 тыс. рублей за «квадрат» в год. Кроме того, дворец доступен для проведения мероприятий. У одной из кейтеринговых фирм банкет на 100 гостей в дворцовых интерьерах стоит от 200 тыс. рублей, фуршет на 300 человек — от 3,5 млн рублей.