Родина зовет: как миллиардеры отреагировали на призыв к деофшоризации

Еще в 2002 году, выступая на съезде Торгово-промышленной палаты, президент Владимир Путин предложил бизнесменам задуматься, не пришло ли время возвращать деньги из офшоров в Россию, ведь выведенные за границу средства якобы могут быть заморожены местными властями. «Замучаетесь пыль глотать, бегая по судам», — предупреждал он тогда. Прошло 13 лет, и предупреждение, приправленное фирменным афоризмом, превратилось в закон. С 1 января 2015-го собственники обязаны раскрыть информацию о своих зарубежных активах и платить налоги с прибыли, которая аккумулируется за рубежом. Forbes опросил участников рейтинга 200 богатейших бизнесменов, как они собираются выполнять требования Закона о контролируемых иностранных компаниях (КИК). 

Подавляющее большинство участников списка Forbes владеет своими активами через холдинговые структуры, зарегистрированные в разных юрисдикциях. Владимир Потанин 1 (№1) до недавнего времени владел акциями «Норильского никеля» через кипрскую компанию Interros International Investment Limited (сегодня это восемь кипрских компаний). Михаил Фридман 2 (№2) владеет акциями Альфа-банка через ABH Holdings S.A. (Люксембург), а акциями «Вымпелкома» и RWE Dea — через LetterOne Holdings S.A. (Люксембург). Алишер Усманов 3 (№3) в 2012 году собрал все свои активы в USM Holdings Ltd., зарегистрированный на Британских Виргинских островах (BVI).

По новому закону любые иностранные компании, трасты, фонды и другие структуры без образования юридического лица признаются контролируемыми иностранными компаниями (КИК), если они не являются налоговыми резидентами РФ, а их контролирующие акционеры, наоборот, — резиденты России. Контролирующим лицом признается акционер с долей более 25%. Такое правило работает, если доля всех акционеров-резидентов в компании менее 50%. Если же доля всех акционеров-резидентов в КИК превышает 50%, то контролирующим лицом считается акционер с долей более 10%. 

Контролирующий акционер должен уведомлять налоговые органы о своей КИК и платить налог со своей доли в прибыли этой КИК.

Закон сильно осложняет российским предпринимателям ведение бизнеса через зарубежные структуры и подталкивает их к тому, чтобы регистрировать активы в России.

В чем проблема? В том, что заграничные холдинги участники списка Forbes строили не только ради налоговой оптимизации, но и для комфортного заключения зарубежных сделок, кредитования в западных банках и возможности судиться за пределами России.

Свежий пример. Последняя сделка Фридмана с партнерами на сумму €5,1 млрд по покупке немецкой RWE Dea полностью разрушится, если хоть что-то поменять в структуре их люксембургского холдинга LetterOne, который выступал покупателем. 

Основной владелец ГК «Ренова» Виктор Вексельберг 4 (№4) не может убрать из структуры владения своего «КЭС-холдинга» кипрские компании, он судится с Михаилом Абызовым 128 (№128) на BVI, и любые изменения суд может расценить как попытку увести активы. По словам представителя «Реновы», у Вексельберга возникли сложности и с Меткомбанком, которым он владеет через кипрскую компанию. Он хотел заменить кипрскую компанию на российский холдинг, но ЦБ не разрешил, так как холдинг зарегистрирован меньше года назад и у него нет операционного бизнеса. В ЦБ от комментариев на эту тему отказались. 

«Практика показывает, что с налоговой точки зрения эффективно не работает ни один из вариантов перевода активов в прямую собственность российских бенефициаров», — говорит партнер EY Марина Белякова. Например, покупка акций по цене ниже рыночной или ликвидация иностранных структур может привести к появлению у  физического лица дохода и необходимости заплатить налоги. Получение активов от номинальных владельцев или их приобретение по рыночной цене тоже может повлечь налоговые и финансовые риски. Для участников списка Forbes речь может идти о сотнях миллионов долларов. «Даже если это низкий риск, он в материальном выражении является неприемлемым — не бывает низкого риска на $100 млн», — рассуждает консультант. 

В такой ситуации крупному бизнесу лучше не торопиться. Как выяснил Forbes, никто и не торопится. «Мы ждем, пока государство что-нибудь придумает — правильно отреагирует на текущее состояние нашей экономики и сделает закон более приемлемым. Нам в РСПП обещали, что подумают», — сказал младший партнер одного из миллиардеров. Пока же многие бизнесмены стараются больше времени проводить за границей, чтобы иметь возможность стать нерезидентами — на них закон о КИК не распространяется.

Стать налоговым нерезидентом — сегодня самый простой способ избавиться от хлопот, связанных с выполнением закона. Для этого нужно жить в России менее 183 дней в течение года. В списке Forbes уже есть 17 человек, которые в последние годы не являются налоговыми резидентами России. В Швейцарии платят налоги Геннадий Тимченко  (№9), Вячеслав Кантор (№41), Василий Анисимов (№43), Юрий Шефлер (№49), в Лондоне — Елена Батурина 85 (№85), Андрей Бородин (№113), Владимир Махлай (№124), Александр Гирда (№154) и Андрей Андреев (№158), в США — Валентин Гапонцев (№67) и Андрей Рогачев (№129), в Израиле — Вячеслав Брешт (№90) и Вячеслав Мирилашвили (№96), в Монако — Дмитрий Рыболовлев 14 (№14). Налоговыми нерезидентами РФ являются также Андрей Мельниченко (№13), Юрий Гущин (№76) и Виталий Малкин 134 (№134).

Еще четверо — Вексельберг, Сергей Попов (№21), Владимир Коган (№95) и Дмитрий Пумпянский (№136) имеют вид на жительство в Швейцарии и платят там налоги, но могут оставаться налоговыми резидентами России. Например, по утверждению представителя «Реновы», Вексельберг проводит в России более 183 дней в году, платит здесь подоходный налог и не собирается что-либо менять. В Швейцарии для сохранения вида на жительство он платит паушальный налог, который рассчитывается на основании личных расходов.

В 2015 году список «иностранцев», похоже, пополнится. Один из миллиардеров на условиях анонимности рассказал о своих планах сменить резидентство, так как закон о КИК вынуждает собственников публичных иностранных компаний становиться нерезидентами. Бизнесмен через свой иностранный холдинг владеет крупным пакетом акций европейской публичной компании. По закону о КИК он должен предоставить не только консолидированную информацию по этой компании, но и отдельно по всем ее «дочкам», а эти данные акционерам недоступны.

«Закон не оставил мне выбора, и я вынужден был стать резидентом другой страны. К чему совершенно не стремился», — говорит предприниматель.

Ситуация упрощается в случае, когда у компании несколько партнеров: если контролирующий акционер становится нерезидентом, младшие партнеры могут по-прежнему жить и работать в России. По этому пути пошли акционеры «Альфа-Групп». Крупнейший акционер группы Фридман (37%) по результатам 2015 года планирует стать налоговым резидентом Великобритании.