Шерзод Юсупов разговорился в суде

На процессе в Мещанском райсуде по делу о предполагаемой растрате 2,5 млрд руб. банка «Восточный», главными фигурантами которого являются основатель фонда Baring Vostok Майкл Калви и его партнер Филипп Дельпаль, выступил потерпевший — миноритарный акционер банка Шерзод Юсупов. Он повторил версию о том, что был введен в заблуждение относительно стоимости 59% акций люксембургской компании International Financial Technology Group (IFTG), которые были переданы банку в качестве отступного по кредитам, признав, что после заключения мирового соглашения Baring Vostok с банком все финансовые претензии были урегулированы. Обвиняемые полагают, что потерпевший пытался ввести суд в заблуждение, игнорируя экспертные заключения по делу, из которых следует, что стоимость акций IFTG полностью покрывала объем выданных кредитов.

Выступая в суде, Шерзод Юсупов утверждал, что акции IFTG не могли стоить 4 млрд руб., как установили эксперты защиты. Он отметил, что, по оценке PriceWaterhouseCoopers, проведенной в апреле 2018 года, они стоили всего 240 млн руб., что никак не покрывало кредит. «После дополнительной проверки службой внутреннего аудита банка заключения международных юристов стало кристально ясно, что стоимость указанных акций на балансе банка завышена более чем в десять раз,— заявил господин Юсупов.— Учитывая риски уголовной и субсидиарной ответственности, я в начале 2019 года и написал заявление в правоохранительные органы».

Этот поступок Шерзод Юсупов считает верным. «Говорят, что банк получил выгоду от отступного с акциями IFTG, но это неправда,— отметил потерпевший.— Только компания ПКБ, в которой партнеры фонда имеют прямой интерес, получила одномоментную выгоду в 2,5 млрд руб., закрывая свой долг перед банком ''Восточный'' в 2,8 млрд руб. акциями IFTG, но не банк». При этом господин Юсупов посчитал сомнительной схему выкупа евробондов банка, заложенных в офшорной компании Broker Credit Service (BCS). «Я не уверен в выгодности такой схемы, особенно когда не раскрывается полная информации о судьбе казначейских акций банка,— заявил господин Юсупов.— Тем более что подконтрольное фонду Baring Vostok ПКБ закрыло свой кредит акциями IFTG, которые Центробанк РФ своим предписанием уценивает до нуля. Это больше похоже на создание дыры на балансе банка на сумму 2,5 млрд руб.».

Шерзод Юсупов пожаловался на давление со стороны СМИ, особенно западных, которые, по его словам, «крайне однобоко освещали данное дело».

«Разные организации, включая РСПП, начали меня резко осуждать,— заявлял потерпевший,— хотя все было сделано исключительно в интересах банка и в итоге ущерб ему был возмещен» (в рамках мирового соглашения между Baring Vostok и банком.— “Ъ”)». Однако, подчеркнул господин Юсупов, ущерб был возмещен не конкретно ему, а «всем акционерам — включая инвесторов фонда, средства которых были вложены в банк».

Отвечая на вопросы защиты, как бы он поступил в феврале 2017 года при голосовании за внесение отступного по кредитам в 2,5 млрд руб., господин Юсупов заявил, что «если бы знал, что акции IFTG стоят 250 млн руб., то голосовал бы против сделки». В заключение Шерзод Юсупов согласился с мнением защиты, что на сегодня все претензии между ПКБ и банком урегулированы. «Да, ущерб банку возмещен, потому что он получил обратно утраченные 2,5 млрд руб., вернувшись из позиции минус 2,5 млрд руб. на позицию ноль,— заявил потерпевший.— Этот шаг приветствуется всеми, поскольку все акционеры банка, включая инвесторов фонда Baring Vostok, вернули назад утраченный капитал. Поэтому банк и отозвал гражданский иск в рамках уголовного дела». В связи с этим господин Юсупов попросил председательствующую «учесть этот положительный факт» при вынесении приговора.

Напомним, ранее, выступая в суде, обвиняемые в особо крупной растрате (ч. 4 ст. 160 УК) Майкл Калви и Филипп Дельпаль, а также их партнеры отрицали вину, повторяя вновь и вновь, что ссылки потерпевшего Шерзода Юсупова на то, что обвиняемые убедили его голосовать в феврале 2017 года за передачу банку в качестве отступного по кредитам ПКБ акций IFTG, являются ложью. Подсудимые утверждали, что господин Юсупов сам был инициатором передачи банку этих акций, а его последующая версия об их малоценности абсолютно не верна. Прежде всего потому, что в деле есть экспертное заключение Светланы Табаковой, являющейся не только сертифицированным специалистом по оценке бизнеса и недвижимости, но и членом Экспертно-консультативного совета по оценочной деятельности Минэкономразвития. Так вот, по ее мнению, акции IFTG изначально, на момент их внесения в качестве отступного, стоили более 4 млрд руб. Причем это было задолго до того, как аудиторы, приглашенные Шерзодом Юсуповым, оценили их в 250 млн руб.

Также обвиняемые утверждали, что кредиты на общую сумму 2,5 млрд руб. просто не могли быть растрачены, поскольку получившая их компания ПКБ передала деньги офшору BCS для выкупа евробондов «Восточного», находившихся в залоге. Однако следствие постоянно отказывало защите в приобщении документов BCS, подтверждавших данную сделку. Впрочем, суд эту ошибку уже исправил.

Уже после заседания Майкл Калви заявил, что «никакого обмана (Шерзода Юсупова.— “Ъ”) не было».

«Юсупов сам придумал и предложил идею закрыть долг перед ПКБ за счет отступного,— подчеркнул Майкл Калви.— Ему, как и другим членам совета директоров, была раскрыта вся информация об IFTG и активах, которые передавались банку, поскольку сам он активно участвовал в переговорах об отступном и был полностью в курсе этой сделки». «Кредиты, выданные ПКБ, были использованы исключительно в интересах самого ''Восточного'', что доказывается материалами дела,— убежден Майкл Калви.— Ни я, ни мои коллеги не получили никакой выгоды от этих сделок, поскольку их единственным бенефициаром являлся ''Восточный'', который избежал потери обеспечения на 5 млрд руб., а значит, и отзыва лицензии».