«Ведомости» обнаружили дом Игоря Сечина в Барвихе

После развода в 2011 г. Сечин остался без дома на природе: особняк площадью 1415 кв. м и участок в 0,5 га в глубине Серебряного бора он отдал бывшей жене. С осени 2014 г. Сечин строит новый дом на Рублевке, возле клинического санатория «Барвиха» управделами президента (УДП). Участок Сечина площадью 3 га расположился в центре нового поселка, у которого пока нет названия. Он скрыт от чужих глаз сплошным забором и 100-метровой полосой соснового бора. Рядом – участки площадью 3,4 га еще трех Сечиных, включая двух детей руководителя «Роснефти».

Сад Ходорковского

Сечин мог оказаться соседом бывших совладельцев ЮКОСа. В середине 1990-х гг. они во главе с Михаилом Ходорковским создали кооператив индивидуальных застройщиков «Яблоневый сад». Возглавлявший администрацию Одинцовского района Александр Гладышев выделил кооперативу 22 га леса из территории санатория «Барвиха», где компаньоны построили семь коттеджей (по числу членов кооператива), а на соседних 3 га обустроили зону отдыха с искусственными прудами и спортивной площадкой.

В 2006 г. Басманный суд арестовал всю недвижимость поселка по делу ЮКОСа. По данным Росреестра, арест действует до сих пор. Кому сейчас принадлежат коттеджи бывших акционеров ЮКОСа, не известно. По данным Forbes, поселок до сих пор пустует и никто из его бывших обитателей в него больше не возвращался.

3 га зоны отдыха санаторий «Барвиха» смог вернуть в 2008 г. Сейчас санаторий и УДП требуют в московском арбитраже от «Яблоневого сада» снести самовольные постройки.

Выгодная покупка

Кусок леса санатория «Барвиха» по соседству с «Яблоневым садом» в том же 1997 году получила от Гладышева компания «Согласие» Ары Абрамяна, занимавшегося в 1990-х реконструкцией Кремля и выполнявшего другие строительные проекты для УДП. Например, «Согласие» в 2002 г. построило один из самых дорогих домов в Москве по адресу: Шведский тупик, 3. Три года назад в доме жили в основном ближайшие соратники президента Владимира Путина: Сечин, президент ВТБ Андрей Костин, бизнесмен Геннадий Тимченко и бывший министр финансов Алексей Кудрин, писало агентство Bloomberg.

За 5 га лесных земель санатория на Рублевке, разрешенных к застройке, «Согласие» заплатило в 2000 г. 2,75 млн руб. – менее $100 000 по курсу того времени, следует из материалов арбитражного суда, куда в 2004–2005 гг. обратились прокуратура Московской области, Росимущество и УДП с целью оспорить сделку. Еще 14,36 га из земель «Барвихи» Гладышев отдал «Согласию» в бессрочное бесплатное пользование «под создание парковой зоны без права застройки». В арбитражном деле упоминается, что передачу согласовали с тогдашним управделами президента Павлом Бородиным, заместителем которого в то время работал Путин. Сечин тогда был специалистом 1-й категории УДП. В апреле 2004 г. губернатор Московской области Борис Громов своим постановлением изменил целевое назначение участка, разрешив его застройку.

Абрамяну в отличие от юкосовцев удалось отстоять в суде всю землю. Пока шло разбирательство, участки были несколько раз разделены и потом собраны в новые, у них несколько раз менялись владельцы, поэтому разобраться, как их вернуть, суд уже не смог, и истцы проиграли во всех инстанциях. На собранных Абрамяном 29,36 га земли санатория «Барвиха» и вырос новый поселок, первыми жильцами которого стали супруга гендиректора «Ростеха» Сергея Чемезова Екатерина Игнатова и друг его детства, партнер в проектах «Ростеха» Виталий Мащицкий.

Стройка не удалась

В 2009 г. Мащицкий возглавил совет директоров «РТ – строительные технологии», которую «Ростех» создал для продажи и сдачи в аренду непрофильной недвижимости своих компаний. Тогда же бизнесмен вместе с Игнатовой приобрели у структур Абрамяна участки на Рублевке. Игнатова – 1,6 га в глубине леса на границе с «Яблоневым садом», Мащицкий и два его сына купили три участка площадью 2 га рядом с участком Игнатовой. Сумму сделки Мащицкий и Игнатова не назвали.

В 2012 г. Игнатова и Мащицкий вместе с сыном Абрамяна Владиславом и гендиректором «Сбербанк капитала» Ашотом Хачатурянцем учредили некоммерческое партнерство содействия развитию инфраструктуры территории поселка «Барвиха» (НП «Барвиха»). Оно собиралось строить коттеджи на принадлежащих ему 20 га, рассказывал тогда представитель подрядчика «Барвихи», компании «Инвестстрой». Через два года Мащицкий сказал «Ведомостям», что собирается продать свой участок из-за не очень удачного расположения. Участки до сих пор не застроены, выставлены на продажу, говорит теперь представитель бизнесмена. Судя по спутниковым снимкам, на участках Мащицких действительно сплошной лес, а вот Хачатурянц успел построить на своих 1,7 га два дома площадью 2780 и 292 кв. м. Масштабное строительство ведет и Абрамян-младший.

Но их дома теряются на фоне трехэтажного особняка Игнатовой.

Дворец на продажу

В декларации о доходах за 2014 г. Чемезов указал, что у его жены появился загородный дом площадью 4442,5 кв. м. Дом на Рублевке такой же площади в октябре прошлого года выставили на продажу сразу несколько агентств. Сначала за особняк просили $22 млн, в мае 2016 г. цену подняли до $30 млн. Представитель «Ростеха» не стала отрицать, что речь идет именно о доме Игнатовой.

Судя по презентации, помимо трехэтажного особняка покупатель получит 1,6 га земли и двухэтажный гараж с жилыми комнатами для обслуги площадью 374 кв. м. Интерьеры дома пока существуют только на бумаге – в дворцовом стиле: парадная лестница, резная мебель и многоярусные люстры в комнатах, бассейн в зале с мраморными колоннами и т. д.
«Дом под чистовую отделку, поэтому у него по сравнению с домами под ключ такая невысокая цена», – объясняет управляющий партнер консалтинговой компании Blackwood Мария Котова. По ее словам, это сейчас самый большой выставленный на продажу дом на Рублевке.

Отделка с уголовным оттенком

Отделкой особняка Игнатовой занималась архитектор и дизайнер Манана Эрнандес-Геташвили. В декабре 2015 г. в отношении ее было возбуждено уголовное дело по статье «мошенничество в крупных размерах». По данным Lifenews, архитектор не выполнила работы по проектированию коттеджного поселка «Любушкин хутор» на Рублевке, присвоив около $3 млн. Адвокат Эрнандес-Геташвили Александр Васильев рассказал «Росбалту», что инициаторами уголовного дела могли быть клиенты его подзащитной, с которыми у Эрнандес-Геташвили возник конфликт, в том числе Игнатова. «Мы действительно сотрудничали какое-то время с Мананой Геташвили, она считалась неплохим специалистом. Работа не была завершена, архитектор не выполнила договоренности по срокам и качеству работ, но при этом посчитала возможным получить полный расчет», – передала Игнатова через представителя «Ростеха», добавив, что затраты на ремонт были на порядок меньше «сумм, появлявшихся в СМИ».

До кризиса такой особняк стоил бы $45–50 млн и нашел бы своего покупателя, уверен Сергей Горяинов из Kalinka Realty. Но сегодня реализовать его будет очень сложно, самый ходовой товар на Рублевке – дома стоимостью 50–100 млн руб., продолжает он: «К покупке дорогих домов сейчас готовы буквально человек 10, да и то они готовы заплатить только около $10 млн». Им есть из чего выбирать: только у Kalinka Realty в базе 50 домов стоимостью выше $15 млн. У особняка Игнатовой есть еще одна особенность, осложняющая продажу, – непростые соседи. В таких случаях нередко покупателя нужно согласовать с ними, предупреждает Горяинов. Игнатова не захотела рассказать, почему продает только построенный дом.

Соседи-нефтяники

Как раз соседи и перестали нравиться супруге Чемезова, слышал руководитель крупной нефтяной компании. В 2013 г. участок леса в 1 га прямо у Подушкинского шоссе купил Алексей Худайнатов, сын владельца Независимой нефтегазовой компании, предшественника Сечина на посту президента «Роснефти» Эдуарда Худайнатова. В 2014 г. в НП «Барвиха» появился сам Сечин – у кого он приобрел 3 га в центре поселка, узнать не удалось.

«Скорее лев возляжет с агнцем, чем Сечин и Чемезов будут соседями: их интересы слишком часто пересекались», – считает бывший федеральный чиновник.

Судя по спутниковым снимкам, Сечин ведет активное строительство и его особняк будет как минимум не меньше, чем у Игнатовой. Осенью 2015 г. участки рядом с Сечиным получили его дети – первый замдиректора департамента совместных проектов на шельфе «Роснефти» Иван Сечин и дочка Инга Каримова. А также Варвара Сечина, чей статус в «Роснефти» отказались раскрыть. Вместе у них 3,4 га земли. Приобрели они ее, по данным Росреестра, через Худайнатова-младшего: он выкупил несколько участков «Согласия» и перепродал их, увеличив в ходе этих операций и площадь своего участка до 2,6 га.
 
Если сделки прошли по рыночным ценам, в 2014 г. Сечин мог заплатить за свой участок минимум $60 млн, а Худайнатов – $20 млн исходя из того, что земля в соседнем поселке «Сады Майендорф» продавалась в 2014 г., по оценкам Kalinka Realty, от $200 000 за сотку. В 2016 г. земля подешевела до $150 000 за сотку, и новая покупка могла обойтись Сечиным еще в $51 млн.

В «Роснефти» заявили, что не комментируют личную жизнь сотрудников компании.

Ара Абрамян до конца сентября в командировке, поэтому не сможет ответить на вопросы, сообщил сотрудник пресс-службы возглавляемого бизнесменом Союза армян России. Хачатурянц через пресс-службу Сбербанка отказался от комментариев. Эдуард Худайнатов не ответил на переданные вопросы.