Виталий Израйлит не ведал что творит, покупая яхту

Смольнинский районный суд Санкт-Петербурга выслушал последнее слово бывшего председателя совета директоров ОАО «Компания «Усть-Луга» Валерия Израйлита. Бизнесмена обвинили в особо крупном мошенничестве (ч.4 ст. 159 УК РФ), легализации денежных средств (ч.4 ст. 174.1 УК РФ) и в проведении валютных операций с использованием счетов нерезидентов (п. «а» ч.3 ст. 193.1 УК РФ). Судебный процесс по существу с председательствующей судьей Анжеликой Морозовой затянулся на четыре года – он идет с сентября 2019 г.

Прокурор запросил для Израйлита наказание в виде 9,5 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима. Защитники подсудимого просили суд вынести оправдательный приговор, поскольку, по их мнению, уголовное преследование изначально является незаконным – умысла на совершение преступления у Израйлита не было. Более того, адвокаты считают, что обвинение носит политический характер.

2 мая 2023 г. суд прекратил уголовное преследование в отношении бизнесмена по фактам мошенничества и легализации денежных средств в связи с истечением срока давности по этим эпизодам преступлений. Таким образом, к концу судебного процесса из предъявленного обвинения у Израйлита осталось два эпизода о переводе денежных средств на счета нерезидентов с использованием подложных документов (ч. 2 и ч. 3 ст. 193.1 УК РФ) на сумму $2 млн.

В первом эпизоде речь идет о сделке по покупке яхты «Виктория» у компании Midwest Marketing Limited. Обвинение утверждает, что Израйлит владел этой яхтой с 2011 г. и, соответственно, в 2014 г. приобрел ее сам у себя. Вторая сделка, которую сторона обвинения считает незаконной, связана с покупкой ООО «Экология-Курголово» – речь идет об участке земли в поселке Курголово рядом с Усть-Лугой.

Уголовные дела по этим эпизодам были возбуждены 25 октября 2017 г. В прениях сторон адвокат Виктория Бурковская рассказала, что в течение 2014 г. после введения первых санкций против России в связи с присоединением Крыма было принято решение о формировании механизма возврата капиталов в Россию, который получил название «амнистия капиталов». По ее словам, это был способ противодействия давлению недружественных государств на российскую экономику и он был направлен на возврат капиталов и защиту предпринимателей от необоснованного и незаконного уголовного преследования.

В июне 2015 г. (то есть за два года до возбуждения уголовного дела) был принят закон «О добровольном декларировании физическими лицами активов и счетов в банках», согласно которому факт представления декларации и документов, а также сведения, содержащиеся в декларации и документах и (или) сведениях, прилагаемых к декларации, не могут быть использованы в качестве основания для возбуждения уголовного дела и не могут быть использованы в качестве доказательства в рамках уголовного дела, отметила Бурковская.

В 2019 г. такие же разъяснения дал президиум Верховного суда – декларация не может быть доказательством вины. Гарантии, предусмотренные законом об амнистии капитала, распространяются «на любое иное деяние, предусмотренное Уголовным кодексом», даже если преступление не подлежит амнистии. Коллизия между Уголовно-процессуальным кодексом, законом об оперативно-розыскной деятельности и законом об амнистии капитала должна решаться в пользу последнего, говорится в разъяснениях Верховного суда.

Адвокат также указала, что следствие ФСБ, принимая решение о возбуждении дела, опиралось как на саму специальную декларацию (полученную вопреки абсолютному запрету), так и на сведения из нее (после осмотра специальной декларации у сотрудников ФСБ не было сомнений, что они ранее получили сведения, содержащиеся в специальной декларации). «Подавляющее большинство доказательств, представленных стороной обвинения, содержит сведения из специальной декларации», – сказала на суде адвокат. При этом согласно принятым в России законам, данные из специальных деклараций в связи с санкциями не должны использоваться для возбуждения уголовных дел, подчеркнула она.

Ущерб от действий предпринимателя следователи оценили почти в 4 млрд руб.

В прениях Израйлит настаивал на том, что все его уголовное преследование является следствием гражданско-правовой и финансовой безграмотности. «Если я заключал договор купли-продажи яхты, значит были мотивы и договор был целесообразен», – отмечал он.

Израйлит был задержан в 2016 г. и находился в СИЗО вплоть до 2020 г. Уже в ходе разбирательства по существу его перевели под домашний арест. За четыре года процесса было проведено 150 заседаний и допрошено более 250 человек, в том числе секретные свидетели.

Помимо проведенных по делу пяти экспертиз, в рамках судебного следствия суд выезжал в Усть-Лугу осматривать вещественные доказательства, а именно трубы, которые защита измеряла обычной линейкой, а также, как отметили в Объединенной пресс-службе судов Санкт-Петербурга, разрешал вопрос о прогулках для собаки и кошек Израйлита.

Судья Морозова удалилась в совещательную комнату для вынесения приговора, который огласит 12 июля.