Завод "Борец" исправно качает деньги из России

Контроль компаний из зарубежных стран может распространяться на ряд стратегически важных для РФ предприятий. При этом структуры владения по прежнему остаются замысловатыми. Порой иностранная компания, владеющая российским активом, зарегистрирована в юрисдикциях, не входящих в список недружественных стран. Но финальные бенефициары этих структур могут использовать это лишь как прикрытие.

Промышленная группа "Борец" – вертикально интегрированная компания, специализирующаяся на разработке, производстве и сервисном обслуживании оборудования для добычи нефти, является мировым лидером в производстве установок электроцентробежных насосов (УЭЦН) и занимает 10% мирового рынка. Группа принадлежит компании Tangent Pump Company Holdings Ltd., зарегистрированной в ОАЭ.

Конечными бенефициарами компании, судя по всему, являются гражданин Швеции Григорий Штульберг и гражданин с двойным гражданством России и Англии Марк Шабад.

Компания была создана в 2001 году на базе московского завода "Борец" (до этого – "Бутырский машиностроительный завод Густава Листа", основан в 1897 г., производил паровые и приводные насосы).

Группа состоит из двух сегментов: российского, который объединяет все производственные активы, и международного, объединяющего операционные компании, осуществляющие продажи и сервисное обслуживание в регионах присутствия.

Сервисные подразделения группы расположены в России, Сербии, США, Канаде, Венесуэле, Колумбии, Бразилии, Египте, Омане, Кувейте, Конго, Казахстане.

Продуктовая линейка "ПК Борец" представлена установками электроцентробежных насосов (ЭЦН), винтовых насосов (УЭВН), а также горизонтальными насосными агрегатами (ГНА). Российский сегмент установок УЭЦН в настоящее время – наиболее крупный на рынке нефтяных насосов. УЭЦН являются приоритетной технологией эксплуатации нефтяных скважин и основным способом нефтедобычи.

По данным "Газпром нефти", с помощью ЭЦН добывают порядка 82% от всей нефти в России.

Главные производственные активы группы находятся в России:

• ООО "ЛеМаЗ" – разработка и производство центробежных насосов для перекачки нефтепродуктов;

• АО НПО «Тяжпромарматура» - российское предприятие, специализирующееся на проектировании и производстве трубопроводной арматуры для газовой, нефтяной, химической и энергетической отраслей промышленности.

• АО «Нефтеавтоматика» — разработка и внедрение автоматизированных систем управления, измерения и информатизации технологических процессов, а также производстве блочного нефтепромыслового оборудования;

• ООО "Лысьванефтемаш " – производство погружных электродвигателей и гидрозащит;

• ООО "Курганхиммаш" – производство модульных компрессорных станций.

Если верить сообщениям в сети, основным для группы "Борец" является российский рынок, который обеспечивает 56% выручки. Заметные доли в структуре выручки компании приходятся также на США, Колумбию, Оман, Египет и Кувейт.

Так, на долю рынков стран Северной Америки приходится 17% выручки .

Суммарная выручка предприятий группы за 2022 года составила порядка 50 млрд. рублей.

Кроме компаний, производящих нефтесервисное оборудование, под контролем Tangent Pump Company Holdings Ltd., судя по всему принадлежащей Шабаду и Шульбергу, может находиться одно из крупнейших российских предприятий в области производства электрогенерирующего оборудования и двигателей для ТЭК, металлургической, химической, атомной, нефтегазовой и других отраслей промышленности – Электротяжмаш – Привод (Пермский край).

Компания была основана в 1951 году. Продукция ЭТМП поставляется на рынки более чем 45 стран.

95% предприятия принадлежит офшору Файберлайн Корп. (Британские Виргинские острова), которой через фирму в ОАЭ в равных долях (по 50%) владеют Штульберг Г.И. и Шабад М.Б.;

5% ЭТМП принадлежит председателю совета директоров компании А. Оксману, имеющему двойное гражданство РФ и Израиля.

Зачастую использование в деятельности производственных активов офшорных компаний позволяет выводить прибыль с территории РФ. Так, реализация на экспорт электрогенерирующего оборудования и двигателей может осуществляться через ряд подконтрольных компаний, зарегистрированных на Кипре и Британских Виргинских островах по заниженной стоимости, а реализация конечному потребителю осуществляться уже по рыночной стоимости, соответственно вся прибыль остается на компаниях-посредниках.

Если довериться сообщениям, имеющимся в открытом доступе, то можно узнать, что Шабад и Шульберг через компанию Лэнкер Энтерпрайзиз Лимитед (Британские Виргинские острова) также владеют АО АКБ «Алеф-банк». По свидетельствам участников банковского рынка, банк «прославился» исполнением многочисленных схем «оптимизации». В частности, банк якобы проводил платежи за поставку ТМЦ через десятки фирм-посредников, зарегистрированных в том числе, в офшорах, фактически поставки товаров не производились, в итоге стоимость экспортной продукции многократно завышалась, что приводило к увеличению сумм возврата из бюджета экспортного НДС.

Неофициальные источники банковского бизнеса дают основание предполагать, что ежегодный оборот группы Алеф заметно превышал $ 1 млрд.

Такими схемами, обеспечивающими сверхдоходы, с удовольствием пользовались российские нефтяные и металлургические короли. Однако затем возникло «дело ЮКОСа», в назидание посажен Михаил Ходорковский* (признан в РФ иноагентом). А вступившие в действие ряд поправок в налоговый кодекс, получается, вывели существование финансовых схем банка Алеф за рамки законности.

Из вышесказанного вполне напрашивается вывод – вышеуказанными компаниями владеют лица из недружественных стран, прибыль от деятельности данных компаний выводится за рубеж. В связи с чем компетентным органам стоит рассмотреть вопросы:

- не формируют ли подобные иностранные структуры владения у стратегических предприятий необходимость введения контроля за ними со стороны государства?

- не было ли нарушением приватизации предприятий, представляющих стратегическое значение для обороны страны и безопасности основных секторов экономики?

- не используется ли иностранная форма владения для снижения размеров оплаты доходов в России?

В текущее время государство должно быть уверено, что собственники в системно значимых отраслях не создают рисков вывода собственниками имущества подконтрольных предприятий, их реализацию третьим лицам, что приведет к остановке технологических циклов, сокращению производственных мощностей, созданию искусственного дефицита производимой продукции на рынке.